Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:05 

Шелдерберрийская шкатулка. Главы 9-11

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Название: Шелдерберрийская шкатулка
Автор: minerva13
Бета: нет
Фэндом: Kuroshitsuji
Пэйринг: Себастьян/Сиэль, другие персонажи, ОС
Рейтинг: G , а там как пойдет.
Жанр: детектив
Статус: в процессе
Размер: миди
Предупреждение: может быть ООС, AU
Дисклеймер: этот мир придуман не мной
Размещение: размещайте, где хотите, только ссылочку не забудьте
Саммари: Прошло чуть больше года после пожара в Лондоне, и жизнь вошла в обычную колею: особняк востановили, Сиэль служит Королеве, Себастьян - Сиэлю. Новое расследование обещает быть ужасно скучным,но граф и не подозревает, что оно станет отправной точкой в глубины прошлого,и можно только гадать, сколько "интересного" он узнает о прошлом своих родителей и каких врагов встретит.
От автора: автор мангу не читал. Все сказанное имеет свой смысл, но не всегда он столь очевиден.
Первый фик, поэтому критика жизненно необходима.

Ист-Энд/The East End – исторически, этот район является антиподом Вест-Энда. Вест-Энд – центр богачей и развлечений, а Ист-Энд – промышленный центр, район трущоб бедняков, рабочих и иммигрантов.
Мидлсекс-стрит - (имеет так же шутливое название Петтикоут-лейн) улица в Лондоне, в районе Ист-Энда.
Пат – ситуация в шахматах, когда игрок при своей очереди хода не имеет возможности сделать ни одного хода по правилам, но король игрока не находится под шахом.
Уи́льям Ме́йкпис Те́ккерей (1811—1863) — знаменитый английский писатель-прозаик, мастер реалистического романа.
Хайгейтское кладбище (англ. Highgate Cemetery) – кладбище, расположенное в Хайгейте, Лондон. Было открыто в 1839 году, как часть плана по созданию семи больших, современных кладбищ (известных как Магическая семёрка) вокруг Лондона. Внутренние городские кладбища (кладбища при церквях) были уже не в состоянии справиться с числом захоронений. Поэтому они считались опасными для здоровья жителей.

Главы 9-11

Глава 9
Когда Сиэль вышел из поместья Эшли, была глубокая ночь. Дорога предстояла долгая, так как особняк семьи Фантомхайв находился в противоположной части пригорода Лондона, поэтому пьянящее чувство триумфа было вытеснено гнетущими мыслями о предстоящем возвращении домой. Себастьян подал экипаж, и Сиэль, источая недовольство, расположился на мягком сидение и, не желая тратить времени впустую, решил за время поездки выстроить четкий план действий для предстоящей встречи с Шелдерберри. Но, казалось, удача, сопровождавшая его на балу, решила оставить своего юного спутника. Примерно через час, когда экипаж проезжал по одному из районов трущоб Ист-Энда Лондона, неожиданно отлетело колесо. Если бы на козлах был не Себастьян, возможно, все могло закончиться для Фантомхайва весьма прискорбно. Демон, едва заметив странное поскрипывание колеса, смог вовремя натянуть поводья и замедлить ход лошадей еще до того, как оно окончательно соскользнуло с оси. Потеряв часть своей опоры, экипаж накренился и ударился о землю днищем, в ответ на это внутри раздалось несколько невнятных ругательств и недовольное шипение.
- Юный господин, - Себастьян спрыгнул на землю с козел и подбежал к приоткрывшейся дверце экипажа, - Как вы себя чувствуете?
Заглянув во внутрь, дворецкий с трудом сдержал улыбку, ибо его хозяин предстал перед ним в весьма забавном виде. Сиэль, недовольно сопя, сидел на полу, усердно потирая плечо, которым ударился во время падения, в этот момент он был похож на маленького обиженного ребенка, и у демона появилось несвойственное представителю ада желание успокоить его, погладив по голове, как котенка. Но неожиданный порыв был убит еще в зародыше пронзительным взглядом недетских холодных глаз.
- Что произошло?! – недовольно проговорил Сиэль.
- Простите, мой лорд, - произнес Себастьян, помогая хозяину выбраться из экипажа. – Возникли небольшие проблемы…- начал дворецкий, но граф жестом приказал ему замолчать и внимательно посмотрел на пустую ось. На мгновение его глаза сузились, и натренированный мозг начал свою работу.
- Себастьян, ведь ты всегда проверяешь состояние экипажа лично, - задумчиво произнес Сиэль, глядя в одну точку. – К тому же…
Но закончить мысль юному Фантомхайву не удалось. По спине пробежала дрожь, и все тело напряглось, казалось, что внутри все исчезло, оставив просто пустоту, которая в необузданном стремление заполнить собой все вокруг больно давила на юношу изнутри. Граф был готов поклясться, что за ним кто-то наблюдает, и это был не просто взгляд любопытного прохожего, коих поблизости, кстати, не наблюдалось, нет, это был холодный, внимательно изучающий взгляд. Только гордость не позволяла Сиэлю начать нервно оглядываться по сторонам, в поисках его источника.
- «Себастьян ведет себя спокойно, уж кто-кто, а он бы почувствовал опасность куда раньше меня,» - рассудил про себя юноша и, отругав себя за трусость и излишнюю подозрительность, попытался заглушить чувство тревоги, которое так и кричало, что рядом кто-то есть и он очень силен и опасен.
- Надо уходить отсюда, - наконец сказал юноша абсолютно спокойным голосом, но от слуги не скрылось волнение, которое не желало отпускать молодого господина, однако говорить что-либо по этому поводу он не стал.
- Подождите немного, я пока найду экипаж, - поклонившись, произнес Себастьян и развернулся в сторону, откуда они приехали. Нанять извозчика в районе Ист-Энда было невероятно тяжело, необходимо было вернуться хотя бы на Мидлсекс-стрит, чтобы нанять что-нибудь приличное. Туда-то дворецкий и собирался.
Перспектива остаться один на один я человеком, который, скрываясь во тьме злачных переулков, неустанно сверлит юного графа взглядом, действительно пугала. Поэтому позволить слуге уйти Сиэль не мог:
- Я пойду с тобой!
Дворецкий медленно повернулся к господину и немного наклонил голову набок:
- Неужели вы боитесь остаться один, господин?! – произнес он с нескрываемым ехидством и легкой полуулыбкой на устах.
Признаться в этом Сиэль не мог, рассказать о своих подозрения – это дать лишний повод для издевок слуги. Мания преследования откроет новые горизонты неограниченных возможностей для шуточек Себастьяна, придумывание которых, видимо, входило в список необходимых для демона качеств.
- Нет, но боюсь, что где-нибудь по дороге ты найдешь облезлую кошку и будешь всю ночь восхищаться ею. А я хочу добраться до поместья хотя бы до завтра!
Улыбка быстро сползла с лица Себастьяна, явив миру кислую мину демона. Эту партию граф выиграл в сухую, и дворецкому не осталось ничего другого, как молча принять свое поражение и последовать за господином, который уже двинулся в путь.
Но даже этот маленький триумф не отвлек Сиэля от жгучего чувства опасности, наоборот, оно росло, постепенно захватывая все больше пространства, как вирус, поражая каждую клеточку тела. Легкий озноб пробежался по спине графа, и юноша понял, что еще чуть-чуть, и невидимая струна, натянутая до предела внутри него, не выдержит и лопнет, а вместе с ней и его выдержка. Давление было слишком сильным, и Сиэль сдался. Он резко остановился и, не оборачиваясь, заговорил:
- Себастьян, мне кажется, что кт…м-м-м-м…
Договорить графу не дала сильная рука в атласной перчатке, зажавшая юноше рот. Вторая рука прижала Фантомхайва к дворецкому, и Сиэль даже через легкий летний плащ почувствовал тепло исходившее от демона. Это расслабляло, создавая иллюзию безопасности, и юноша даже не сразу заметил, что стоит уже не на освященной главной дороге, а в какой-то подворотне. Но стоило Сиэлю поднять возмущенный взгляд на бесцеремонного слугу, как внутри всё похолодело. Себастьян беспокойно смотрел по сторонам, все сильнее прижимая к себе графа. Его настороженный взгляд кроваво-красных глаз жутковато светился в темноте переулка, куда несколько секунд назад и затащил своего господина демон.
- «Значит, не показалось», - молнией пронеслось в голове Сиэля, и он мгновенно затих, отдавая себя на милость слуге.
- Надо немедленно уходить отсюда! Позвольте, мой лорд, - с этими словами демон подхватил юношу на руки и одним прыжком переместился на крышу здания, в тени которого они находились до этого. Ещё один прыжок, и прохладный ночной воздух с силой ударил в лицо графа, не давая открыть глаза. Когда же удается разомкнуть веки, Сиэль понимает, что сделал это напрасно: вокруг вращалось пространство, в глазах все плыло, а голова кружилась, мешая думать
- «Что же происходит?» - пронеслось в голове юноши прежде, чем он потерял сознание.
* * *
- «Ты был так близко, Сиэль… - вздохнул ангел, провожая взглядом удаляющуюся фигуру демона, держащего на руках бесчувственного юношу. - …так близко и так далеко. Твой дворецкий и правда так идеален, как о нем говорят. Не каждый демон, не то что человек, смог бы вовремя остановить экипаж. Это было рискованно и, наверно , глупо с моей стороны устраивать подобное. Но пара сломанных ребер или легкое сотрясение должны были на время приостановить твое расследование. Ведь еще слишком рано… Так я думал. Теперь ты станешь осторожнее. Твой слуга почувствовал опасность, но так и не понял, с чем именно имеет дело, поэтому и предпочел просто унести тебя как можно дальше отсюда. Но он догадается, позже, когда ты расскажешь ему обо мне. Да, ты почувствовал меня! Я видел, как ты вздрагивал под моим взором, как бросал нервные взгляды из-под ресниц и не позволил своему слуге оставить тебя одного. Ты почувствовал мою силу раньше, чем демон, и это лишний раз доказывает, что я не ошибся в своем решение занять место Эша и выполнить его задание. Я не отступлю!»
* * *
Боль! Безжалостная, непрекращающаяся боль. Она заполнила все его сознание, отнимая последние силы, которых не хватает даже на крик, и только еле слышный хрип вырывается из истерзанного хрупкого тела. Смех. Они смеются, они – маски. Маски, скрывающие жестоких существ, которых нельзя назвать людьми. На гране сознания проскальзывает мысль, что днём, они так же надевают другие лица и бродят среди людей, как свои, а сейчас нет никаких масок, и он видит их истинную сущность, пропитанную садизмом и похотью. Улыбки, больше похожие на звериный оскал, блеск сумасшедших глаз, блуждающих по тому, что осталось от него, голоса, сливающиеся в не прекращающийся шум, и боль, много боли! Не правы глупые пастыри, пугающие прихожан адом после смерти, настоящий ад был здесь, на земле, и правил им далеко не Сатана, а обычные звери, известные Богу как люди. Он уже не помнит сколько здесь находится, время остановилось, и теперь отсчетом являются сильные вспышки боли, которые заставляют забыть и не замечать ту постоянную боль, которая ядом разлилась по телу. Голоса становятся все громче и слаженнее, и он понимает, что они поют на каком-то неизвестном языке подобие заклинания. Вдруг темная фигура отделяется от плотного кольца, окружавшего алтарь, к которому он был прикован. Еще мгновение, и вспышка боли у правого бока заставляет выгнуться всем телом, перед глазами поплыли бурые пятна, а из горла вырвался страшный хрип. Голоса смолкли и снова заговорили. Казалось, что произошло что-то, в чем они не были уверены до этого, и теперь они радовались известной только им победе. Поздравления, смех, опять…
Злость. Она пришла так неожиданно, заменив страх, который мучил его все это время, начиная с момента, как он оказался в руках у этих сумасшедших. Он открыл глаза. Страшная жажда, сковала его горло, - это жажда мщения. Желание впиться в своего мучителя и утолить её, наблюдая, как ужас застынет в его глазах, заставляя искать пути к спасению и не находить. Да, он хочет мести! Блеск стали и боль…
Сиэль открыл глаза и резко сел. Дыхание сбилось, а сердце бешено стучало, будто стремилось сломать ребра и вырваться из тесной груди. Страх, необузданный животный страх захватил мальчика. Вдруг что-то большое и теплое появилось перед ним, оно обняло Сиэля, и спокойный бархатный голос начал что-то нашептывать ему на ухо. Юноша не мог и не хотел понимать, что ему говорят, он желал только одного - избавиться от этого холода внутри. Забыть то, что вспомнил.
Постепенно граф пришел в себя, дыхание выровнялось, а сердце восстановило привычный ритм. Туман перед глазами рассеялся, и Сиэль понял, что сейчас он сидит на кровати в своей спальне, а рядом находится никто иной, как Себастьян, который мягким полушепотом говорит что-то о несвойственном поведение, нервозности из-за навалившихся дел, необходимости больше отдыхать, но чем больше юноша приходил в себя, тем отчетливее стал улавливать растущее ехидство в словах слуги, поэтому, услышав последние слова демона, окончательно очнулся.
- У кого это здесь женская истерика?! – воскликнул юный Фантомхайв, оттолкнув слугу.
- Ах! Так вы уже успокоились?! Очень хорошо! Тогда я займусь подготовкой ванны, - произнес слуга с улыбкой, про себя с облегчением отметив, что мальчик полностью вернулся в норму, о чем свидетельствовал цвет его лица, быстро переходящий от бледно испуганного в раздраженно красное.
- Ты издеваешься надо мной?! – крикнул Сиэль, находясь на грани уже новой истерики. – Что там произошло?! Это были они?
- Господин, я, наверно, сильно напугал вас своими действиями, - виновато произнес Себастьян, аккуратно касаясь влажных дорожек на щеках юноши. Только сейчас, он догадался, что срыв, свидетелем которого он стал, был вызван воспоминаниями, которые граф так усердно загоняет вглубь своего сознания, а его сегодняшнее поведение стало причиной падения барьера, который поддерживал хрупкое душевное равновесие Фантомхайва.
- Я просто почувствовал, что там было небезопасно, и решил, что лучше унести вас от туда как можно быстрее.
- Не ври мне! – грубо перебил слугу юноша. – Я знаю, что там кто-то был, и он наблюдал за мной все время! Я почувствовал его, как только ты помог мне выбраться из экипажа!
- Что?! – демон мгновенно стал серьезным. Сев обратно на кровать, он взял своего господина за плечи и повернул к себе лицом. Внимательно посмотрев на притихшего юношу, он неожиданно спросил: - А вы еще что-нибудь заметили? Почувствовали что-нибудь необычное?
Сиэль подумал, что Себастьян ему просто не верит и считает, что это остатки недавней истерики, поэтому попытался высвободиться из цепких рук слуги. Но хватка у демона была стальной, поэтому, посопротивлявшись какое-то время, граф понял, как глупо это смотрится со стороны, и, разозлившись еще сильней, ляпнул первое, что пришло на ум при воспоминаниях о темной улице Ист-Энда.
- Запах свежей травы! - юноша затих и выжидающе посмотрел на слугу, но вопреки ожиданиям Себастьян не улыбнулся снисходительно, а, наоборот, стал еще серьезней.
- Это плохо! – только и сказал демон.
- Что?! Что плохо?! – не понял Сиэль. – Ты знаешь этого человека?!
- Это был не человек, это – ангел!
На минуту повисла тишина. Слуга осторожно отпустил юношеские плечи и выжидающе посмотрел на хозяина. Сиэль обдумывал неожиданную новость, как заметил одну неточность.
- Подожди, Себастьян. Но каждый раз при встрече с Анжелой ты чувствовал запах гнилых яблок.
- Все правильно, но понимаете, мой лорд, запах гнилых яблок витает вокруг «падшего» ангела, а Анжела была близка к своему падению. Поэтому я, будучи демоном, мог почувствовать её присутствие, и то не всегда.
- Рыбак рыбака… - не без сарказма вставил Сиэль, что Себастьян предпочел пропустить мимо ушей.
- А вот «чистый» ангел пахнет совсем по-другому. Это запах свежей травы. Нам, демонам, тяжело уловить его, поэтому я и не смог понять, какая именно сила приближалась к нам.
- Значит, если ты встретишься с ним лицом к лицу, то даже не поймешь, кто перед тобой?!
- Это не совсем так. Когда ангел в человеческом обличии, его всегда трудно почувствовать, даже Анжела при нашей первой встрече вызвала у меня просто настороженность. Но этого хватило, чтобы понять, что передо мной потустороннее существо и ваш враг.
- Хорошо, я не мог почувствовать запаха гнилых яблок, но почему тогда почувствовал запах свежей травы? - задал последний, интересующий его вопрос Фантомхайв.
Себастьян как-то странно дернулся и на мгновение отвел взгляд, но ответил почти сразу:
- Потому что вы еще ребенок.
Сиэль снова погрузился в раздумья. Легкость, с которой Себастьян рассказал ему об ангелах, настораживала юношу не меньше, чем сам факт появления нового и, как он понял по поведению слуги, очень сильного врага. На чувство недосказанности, которое так и кричало, что демон сказал не все и явно утаил нечто важное, граф просто махнул рукой. Хотя то, как дворецкий отреагировал на последний вопрос, заставляло усомниться в правдивости его ответа, но с другой стороны, демон мог просто не желать разозлить господина, который не позволял говорить о себе как о ребенке даже Мадам Ред. В любом случае из Себастьяна правду все равно не вытянуть, а решать, что делать дальше, надо было немедленно. Поэтому, вспомнив ошибки прошлого, Сиэль отдал вполне ожидаемый приказ:
- Себастьян, проверь окружение Королевы и не появлялись ли новые люди при дворе. На каждого, вызывающего даже малейшие подозрение, составь досье. При необходимости я проверю этого человека лично, раз ты не в состояние.
- Слушаюсь, мой лорд, - произнес Себастьян, собираясь подняться с постели. – Приступить немедленно?
- Нет, займешься этим с утра, - тихо сказал Сиэль, отводя глаза. Взгляд демона скользнул по руке юноши, которая все это время неосознанно сжимала ткань пиджака дворецкого.
- Тогда позвольте мне остаться рядом с вами.
Фантомхайв только кивнул, возможно, слишком быстро, но ему было все равно:
- «Ты все правильно понял, Себастьян. Я не хочу оставаться один. Не этой ночью. Слишком много воспоминаний пробудила эта встреча. Слишком много… »

* * *

После событий прошедшего дня, Сиэль и не рассчитывал на спокойную ночь, поэтому, проснувшись утром, с удивлением отметил, что кошмары больше не посещали его и поэтому, несмотря на относительно недолгий сон, он все равно отдохнул.
- Вам лучше, мой лорд? – вежливо спросил Себастьян, подавая чашку с привычным Эрл Грей.
- Да, - буркнул граф, пытаясь не смотреть в сторону дворецкого. Как только демон переступил порог его спальни, юноша сразу же вспомнил, как несколько часов назад сидел в объятиях утешающего его слуги, как отчаянно цеплялся за мужчину, боясь остаться в одиночестве, как горячие слезы обжигали щеки, как просил, пусть без словно, но просил остаться с ним рядом на ночь и как засыпал, чувствую тепло сидящего рядом дворецкого. Сиэль закрыл глаза, прогоняя яркие воспоминания, и вдохнул аромат чая, который постепенно заполнял комнату.
- Себастьян, - голос прозвучал на удивление спокойно, - я сегодня не хочу завтракать, можешь приступать к выполнению моего вчерашнего приказа.
- Слушаюсь, мой лорд, - с этими словами дворецкий вышел из спальни господина.
День обещал быть долгими.

* * *
Утро выдалось достаточно теплое, поэтому по всему дому были раскрыты все окна, позволяя легкому ветерку беспрепятственно гулять по поместью, наполняя его ароматами лета. Исключением не стал и кабинет юного главы дома Фантомхайв. Несмотря на протесты хозяина, Мейлин, ставшая в отсутствие Себастьяна намного уверенней в себе, неустанно говоря о пользе свежего воздуха, открыла окна в комнате, создав тем самым довольно-таки сильный сквозняк, который так и наровился подхватить пару листов со стола Сиэля и пуститься с ними в безумный танец. Создавалось впечатление, что только строгий взгляд юноши заставлял документы послушно лежать на месте.
Время близилось к полудню, а Себастьяна все не было. Граф становился все раздражительней и раздражительней, поэтому, когда раздался стук в дверь, неуверенный, а значит принадлежащий кому-то из «ужасной» тройки слуг, но никак не демону, Сиэль с несвойственной ему грубостью произнес:
- Я же сказал не беспокоить меня! Какого дьявола вам от меня надо?!
Услышав негромкий всхлип, юноша понял, что за дверью стояла Мейлин, а значит, войти она уже не посмеет. Вообще слуги семьи Фантомхайв боялись двух вещей: злости юного графа и Себастьяна. И если, благодаря дворецкому, троице крайне редко удавалось довести Сиэля до состояния, когда в нем сосредотачивалось все мировое зло и окружающие боялись даже дышать в его присутствие, то, по иронии судьбы, именно для того, чтобы никто не доставал господина, демон неустанно третировал слуг.
Однако, вопреки ожиданиям, дверь открылась и в кабинет, виновато улыбаясь, вошел Эбберлайн.
- Зачем же так грубить, Сиэль? На тебя не похоже, - спросил он, тепло глядя на юношу.
- Эбберлайн? – удивился граф.
- Мы же договорились – Фред! – произнес немного обиженно инспектор, однако, не переставая улыбаться.
- Что ты здесь делаешь? – справившись с удивлением, задал единственный интересующий его вопрос Сиэль.
- Как что? Принёс тебе документы по делу «Белого монаха», - торжественно произнес инспектор, кладя средних размеров папку на блестящую поверхность великолепного стола хозяина кабинета. Но, встретившись с непонимающим взглядом Сиэля, пояснил:
- Это дело об убийстве в церкви.
- Хм, - протянул в своей обычной манере граф. – А с чего это «Белый монах»?
- Это я придумал! – гордо произнёс Фредерик.
- Почему-то меня это не удивляет, - пробормотал Сиэль, глядя на святящегося изнутри инспектора, который даже не услышал его саркастического замечания.
- Помнишь, я говорил, что это было не первое подобное убийство и нам не известно, сколько их произошло? Так вот вчера со всех участков пришли ответы на наши запросы, и выяснилось, что всего, включая последнее, было шесть похожих преступлений. Два произошло в заброшенных церквях, еще два на кладбищах, одно на каком-то пустыре, и ещё одно в сгоревшем здании больницы. Все совпадает: тот же кровавый рисунок на земле или полу, черные свечи, положение тела и странный черный ожог круглой формы. Подробнее все написано в отчетах, - он махнул рукой на папку. – Но самое главное это то, что в четырех случаях из шести, неподалеку от места преступления был замечен подозрительный мужчина в белом балахоне! – к концу своего рассказа Эбберлайн перешел на таинственный шепот и даже, немного сгорбившись, вытянул руки вперед и сделал несколько шаркающих шагов в сторону Сиэля, который только усмехнулся, глядя на инспектора, по мнению графа больше похожего на старую гориллу, нежели на приведение, которое тот пытался изобразить. Заметив эту ухмылку, Эбберлайн мгновенно стал серьезным и уже своим обычным голосом обратился к юноше.
- Зря ты так спокойно к этому относишься, Сиэль. Ведь это опасно, убито шесть человек, да и таким странным образом. Кто знает, что за этим стоит!
- Мне не впервой заниматься подобными делами. Джек Потрошитель, - по лицу графа пробежала легкая тень печали, - убил девять человек, и его жертвы выглядели куда менее приглядно, - непроизвольно скривился юный граф, вспомнив кровавую кашу, в которую превратилось тело Мэри Келли. – Я способен справиться с этим делом сам! – жестко закончил он.
Лицо детектива стало немного печальным.
- Ты во всем полагаешься только на себя и на своего дворецкого. Так нельзя, Сиэль! Позволь мне помочь тебе.
Юноша внимательно посмотрел в светлые голубые глаза Эбберлайна. Опять эти слова, этот взгляд, полный сочувствия и неуёмного желания помочь, защитить.
- «Как он может быть таким мягкосердечным? – разозлился Сиэль. – Один раз он попытался помочь мне и чуть было не умер. Я даже его жене соболезнования послать успел, решив, что больше его не увижу. И вот опять!»
Фантомхайв понимал, что такие мысли ни к чему хорошему не приведут, но было слишком поздно. Доброта, о которой, несмотря на все протесты графа, ему некогда сказал Гробовщик, все же дала о себе знать, и фраза была сказана до того, как Сиэль успел себя остановить.
- Сэр Рэнддал этого не одобрит. Я уже не говорю о том, что ты можешь лишиться жизни, а у тебя есть жена и ребенок.
- Ты очень добор, Сиэль, - сказал инспектор, тепло улыбнувшись.
- Нет, я просто не хочу, чтобы ты путался под ногами, - как можно бесстрастнее ответил юноша, переводя свой взор к окну. Повисла тяжелая тишина, которая неоднозначно дала понять гостю, что хозяин кабинета больше не намерен тратить свое время на его скромную персону.
- Ладно, я пойду. Но прошу тебя, помни, что я всегда готов тебе помочь, - с этими словами Фредерик покинул юного Фантомхайва, который так и остался сидеть, не проронив ни слова.

* * *
Как только за Эбберлайном закрылась дверь, Сиэль вздохнул с облегчением. Нет, он не имел ничего против инспектора, даже наоборот, можно сказать, что он ему нравился. Какая-то часть души Фантомхайва тянулась к этому доброму, заботливому и простодушному человеку. Но эта часть была слишком слаба, чтобы бороться с темной стороной души юноши, которую непрерывно терзала жажда мести. Противостоять ей означало бы выступить и против демона, который уже надежно опутал душу колючими розами и отпускать свою жертву явно не собирался.
При мысли о Себастьяне у Сиэля появилось странная тяжесть в груди, которая в последнее время все чаще начала его посещать. Но юноша, недолго думая, списал это на обычное волнение по поводу долгого отсутствия слуги. И действительно, солнце уже вышло из зенита и лениво двигалось на запад, а от слуги не было никаких вестей, что не могло не настораживать графа. Желание увидеть Себастьяна росло, и все чаще начала приходить мысль позвать демона, но Сиэль не собирался проявлять слабость, ему хватило прошлой ночи, при мыслях о которой у юноши начинали подрагивать руки, и не понятно от чего сильнее: от воспоминаний о чувстве безжалостного страха, захватившего тогда графа, или от злобы на самого себя за детские слёзы и отчаянное желание не отпускать демона и вечно сидеть в кольце из теплых рук. Фантомхайв закрыл и открыл глаза, несколько раз тряхнул головой и уперся взглядом в собственный стол, попутно борясь с желанием несколько раз хорошенько к нему приложиться лбом.
- Господин, вы плохо себя чувствуете?
Сиэль медленно перевел взгляд на объект его недавних мыслей, который словно материализовался из воздуха перед столом хозяина, и раздраженно подумал:
- «Интересно, как давно он здесь и много ли успел увидеть и понять?»
- Ну? – уже вслух требовательно спросил граф, показывая своё желание узнать все без долгих прелюдий.
Себастьян сначала думал немного поиграть на нервах господина и не говорить о результатах своего расследования, но, уловив нотки раздражения в его голосе, решил, что поиграет с огнем позже, а сейчас стоит рассказать самое главное.
- Ничего подозрительного.
Сиэль вопросительно воззрел на слугу и уже было открыл рот для гневной речи, но слуга решил продолжить сам.
- Я проверил абсолютно всех приближенных Её Величества, как недавно появившихся при дворе, так и уже проверенных мною ранее людей. Королева так же вне подозрений.
- Почему ты так в этом уверен? Ведь ты не можешь почувствовать ангела в его человеческом обличии!
- Да, именно в человеческом, - произнес Себастьян, делая особое ударение на последнем слове, и Фантомхайв с удивлением заметил, как глаза демона довольно заблестели.
- Неужели ты хочешь сказать, что можешь заставить ангела принять свое истинное обличие? – скептически произнес Сиэль, прекрасно видя по самодовольному виду слуги, что ему это явно под силу.
- Вынудить, - поправил хозяина демон. – Я могу его вынудить это сделать!
- И как же? – Фантомхайв замер в предвкушение интересного рассказа. Главное он уже узнал, и теперь можно было спокойно послушать, что же поведает слуга, ибо больно довольным выглядел Себастьян, чтобы сомневаться в его успехе. Но дворецкий вдруг замолк и, вежливо улыбаясь, продолжил смотреть на хозяина. Как не крути, а демон, он и в Англии демон, поэтому идея помучить графа исчезла не на долго, и теперь она немного видоизменилась, и Себастьян решил предоставить юноше возможность своим умом дойти до ответа на собственный вопрос, а не разъяснять ему все по слогам. Конечно, Сиэль мог приказать, но дворецкий изучил своего господина слишком хорошо и знал, что этот вызов Фантомхайв примет, так как отказываться от игры было не в его правилах. Выразительно посмотрев на юношу, Себастьян решил дать небольшую подсказку, ознаменовав начало их дуэли.
- Вообще, ангелы и демоны по своей сути не так уж сильно отличаются. Можно сказать, что любая книга по демонологии с небольшими изменениями может стать книгой об ангелах.
Услышав это, недовольство Сиэля, уже догадавшегося о намерениях слуги превратить разговор в маленькое соревнование, поутихло, и появился азарт. Теперь он знал от чего толкаться – демонология, а книг на эту тему он прочитал достаточно, и осталось только выудить из памяти их содержание. На несколько минут воцарилась тишина. Граф напряженно думал, Себастьян молча наблюдал.
- По своей сущности демоны, а значит и ангелы, существа духовные и не имеют физической оболочки. Поэтому низшие демоны вынуждены вселяться в тела своих жертв и управлять ими, а демоны более высоких уровней могут изменять себя, приобретая определенный внешний вид, скажем так, создают себе тело из части себя и своей силы, - Сиэль вопросительно посмотрел на слугу, который одобрительно улыбнулся, показывая, что юноша идет по правильному пути.
- Если я правильно понял, то с ангелами дела обстоят так же, и эти рассказы о голосах, которые помогали выбраться из горящего дома или отговорившие совершить какое-то преступление, - это те самые служители небес, которые находятся на низшей ступени. А Анжела была представителем более высоких кругов, - быстрый взгляд на демона, и вновь одобрительный кивок.
Юноша помолчал еще немного, в каком направление двигаться дальше он не знал, поэтому просто начал смотреть на Себастьяна, надеясь, что демон перед его глазами сможет натолкнуть на какую-нибудь мысль. Взгляд скользнул по телу слуги и остановился на левой руке мужчины. События на мосту буквально предстали перед глазами Сиэля, но уже в новом свете, и он, наконец, понял к чему клонил дворецкий.
- Но носитель или такое тело являются еще и ограничителями силы, а значит, приходится возвращаться в своё истинное обличие при необходимости или в случаи опасности. Это касается как демонов, так и ангелов, - уже уверенно сказал Фантомхайв.
- Совершенно верно, мой лорд! – улыбаясь, подтвердил Себастьян. Он был очень доволен. Юноша снова удивил его. Сам дворецкий далеко не сразу понял, как можно заставить раскрыться ангела, и поначалу просто занимался обычной проверкой документов и опросом свидетелей, пока не вспомнил, что Грелль, в котором демон увидел шинигами еще при первой встрече, что так же не было тайной для жнеца, показался в своем истинном облике только будучи пойманным на месте преступления, и когда стало ясно, что живыми его и Мадам Рэд никто отпускать не собирается. О том, что сам Себастьян так же открывает свое истинное лицо, когда защищает юного Фантомхайва, он банально забыл, так как живых свидетелей обычно не оставалось, а значит особенно об этом он и не задумывался ранее. Так у него и появилась идея…
- Ты что, подверг всех подозреваемых смертельной опасности?! – неверяще спросил граф севшим голосом.
- Так точно, юный господин! Всех до единого! – мечтательно протянул демон, вспоминая все то, что заставил пережить своих жертв.
- А Королева? – бледнея, прошептал Сиэль.
- Помните великолепную хрустальную люстру в приемной Её Величества? – лучезарно улыбаясь, спросил Себастьян.
- Что! Как ты посмел подвергнуть Её такой опасности?! – негодующе прокричал граф, незаметно для себя встав с кресла.
Дворецкий мгновенно убрал свою слащавую улыбку и посмотрел на хозяина со смесью жалости и презрения. Преданность, с которой этот юноша, как и каждый в роду Фантомхайв, служил Королеве, и восхищала и раздражала одновременно. Даже узнав, что Её Величество собирается уничтожить своих верных слуг, они не только не воспротивились этому, так еще и сделали все, чтобы продолжить служить ей верой и правдой. Истинные Цепные Псы Королевской семьи, а Себастьян не любил собак… только если щенков.
Сиэль тяжело дышал, внутри него все кипело, а сердце колотилось с бешенной скоростью. «Как он посмел!» - эхом разносилось в голове юноши. Но встреча со взглядом слуги подействовала как ведро ледяной воды, вылитое на голову разгоряченного юноши. Он мгновенно взял себя в руки и пренебрежительно произнес:
- Это было слишком рискованно, тебя могли увидеть, и тогда у меня были бы большие проблемы!
Себастьян скептически приподнял бровь, но, видимо, оценив по достоинству попытку графа восстановить свою репутацию, ограничился быстрым кивком и словами извинения.
- Простите, что подвел вас. Впредь буду осторожней!
От этих слов Сиэлю стало совсем не по себе, поэтому он решил, что продолжать разговор больше не стоит, основное он уже выяснил, а детали в данном случае его не интересовали.
- Хорошо, на этом все. А теперь приготовь мне чай.
- Да, мой лорд.
- «Это пат!»

Глава 10

У каждого человека наступает момент, когда дела, копившиеся не один день, неделю, а то и не один месяц, предстают перед ним непреодолимой стеной, не позволяющей двигаться вперед. В такие минуты хочется кричать, плакать, снова кричать, смеяться сквозь слёзы и беспорядочно ломать все вокруг. Примерно такие чувства и терзали сейчас юного главу дома Фантомхайв.
Скорость, с которой события прошедшей недели сменяли друг друга, не позволила Сиэлю заняться чем-либо конкретно, и ему приходилось просто отодвигать дела как можно дальше. Но теперь, когда информации стало катастрофически много, Фантомхайв был вынужден провести весь вечер и всё следующее утро за пересмотром материалов, по каждому из дел: «Шелдерберрийской шкатулке», делу «Белого монаха» и появлении нового ангела. При этом два последних дела он определил, как бесспорно связанные между собой явления, слишком много совпадений для просто случайности. Убийства, в точности повторяющее «его» ритуал, происходили на фоне подозрительного поведения Себастьяна, чьи недомолвки, вероятно, были большей частью связаны с беспокойством, вызванным появлением новой, неопознанной им тогда силой ангела, нельзя было забывать про странные визиты шинигами, и подозрительную несвоевременность задания Королевы относительно клуба, которое, по глубокому убеждению Сиэля, главной своей задачей имело цель ослабление бдительности графа, переключить внимание на интересное дельце. Последняя идея казалась притянутой за уши, но юноша не спешил отказываться от неё, даже если ангела нет среди приближенных Её Величества, то там могли быть его союзники. Кроме того, читая отчет о теле в церкви, Сиэль вспомнил, что стоило ему зайти в здание, как он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, точно такой же, как тот, который стальными иглами впивался в его сердце на темной улице Ист-Энда.
- И так, подведем итоги, - хмуро произнес Фантомхайв, оперевшись локтями на стол и переплетя пальцы рук в замок перед собой. Себастьян, не покидавший кабинет в течение всего времени работы господина, выжидающе замер, устремив свой внимательный взгляд на юношу.
- Появление нового ангела и неожиданная активность сектантов явно между собой связанны. Если вспомнить события почти трех летней давности, то ангел и эти фанатики были за одно: Эш убил моих родителей, а меня они… - Сиэль замолчал. Заканчивать предложение не было необходимости, да и желания тоже, поэтому, после небольшой паузы, он продолжил. – Единственное, чего я не понимаю, так это почему «слуга господа», - юноша презрительно скривился, - помогал заключить контракт, да еще и не с простым демоном, а с Ним?
- Даже не представляю, мой лорд, - все же решил вмешаться в монолог хозяина слуга.
- Похоже это мы сможем узнать только у самого Эша, что, увы, теперь невозможно, или у этих жалких людишек, когда поймаем их, - продолжил граф, не питавший особых надежд получить от демона ответ хотя бы на один свой вопрос. – Думаю, для начала надо разобраться с делом, порученным королевой, относительно клуба.
- Осмелюсь напомнить, что завтра вы приглашены на пикник в особняк графа Альфреда Шелдерберри.
- Да помню я, - немного раздраженно ответил Сиэль. – Надо подготовиться к этому визиту. Поэтому слушай мои приказы!
Дворецкий, и без того внимательно смотревший на хозяина, еще пристальней начал смотреть на юношу, от чего у того невольно дрогнули руки, а сердце забилось чаще, а Себастьян замер в ожидание. Он любил такие моменты, когда это хрупкое существо, которое демон безоговорочно считал уже своим, начинало управлять им, давать приказы. Он испытывал огромное удовольствие от этой игры в слугу и господина, где не было четко прописанных ролей и в амплуа хозяина мог выступать любой из них, так же как и под маской слуги.
- Во-первых, когда прибудем к графу, обыщи все поместье. Осмотришь и сообщишь мне о всех тайных коридорах и помещениях. Особое внимание удели кабинету и бумагам. Во-вторых, я должен узнать о чем говорили гости, все до единого, - немного подумав, юноша добавил, - к слугам это тоже относится. В-третьих, если я решу, что участники клуба действительно опасны, будь готов уничтожить каждого из них немедленно. Не хочу затягивать это дело, лучше все решить на месте, да и другим в назидание, - скучающе добавил Сиэль.
Демон с восхищением смотрел на молодого господина.
- «Такой холодный и беспощадный. Он стоит по колени в крови, но она не оставляет на нем своих следов, она стекает с него, как с белоснежного лебедя вода, делая его ещё чище. Демон склонил перед тобой голову и даже рад этому. Впервые человек вызвал во мне такой интерес! Наши шахматные партии становятся все сложнее и сложнее, но ты упорно не желаешь сдаваться, даже зная, что я уже победил.»
- И еще кое-что, - нарушил ход мыслей дворецкого Сиэль. - Нужен подарок для Виолеты. Думаю подойдет Теккерей. На днях как раз вышла его новая книга. Думаю она её понравится.
Себастьяна словно окатили холодной водой.
- «Виолета! Не графиня, не дочь графа Шелдерберри, ни кто она там еще, а Виолета! Он даже к собственной невесте обращается только Элизабет, хотя эта настырная девчонка постоянно требует называть себя Лизи! А здесь, знакомы не более двух дней, и уже Виолета! Да кто она такая!»
- Себастьян?
- Да? – немного растерянно откликнулся дворецкий, постепенно приходя в себя.
- Ты все понял? – медленно спросил Сиэль, с удивлением глядя на слугу, молчание которого немного напугало юношу.
- Конечно. Все будет исполнено, - уверенно ответил демон, скрыв за маской безразличия чувства, рвущие его изнутри.
- «Вы поставили мат, мой лорд»

* * *
Лето в Англии очень короткое, порой теплых солнечных дней можно насчитать не больше десяти, поэтому англичане стараются насладиться каждым мгновением, проведенным под яркими лучами золотого светила. Многочисленные пикники, конные прогулки, охота, катание на лодках, баллы-маскарады в парках – все это составляло неотъемлемую часть летних развлечений аристократии. Дни проходят в постоянных визитах и разъездах, но назвать это отдыхом тоже нельзя. Каждый такой «визит вежливости» скрывает за собой, в большинстве случаев, деловую необходимость, и пикник – те же переговоры, но где вместо душного мрачного кабинета декорациями выступает зелень парка, а вместо мерного, сводящего с ума тиканья часов – звонкое щебетание птиц, деловой сухой тон, несмотря на предмет разговора, становится мягче и ленивее, и только чай остается неизменным наблюдателем изящной игры представителей высшего света.
Сиэль не любил этот театр, поэтому встал с утра недовольнее обычного и вслух отпустил несколько язвительных реплик относительно предстоящей поездки и членов Шелдерберрийского клуба, чем несказанно порадовал Себастьяна, который еще с прошлого вечера недовольный бродил по дому, то и дело срывая свою злость на слугах, что было ему несвойственно.
- Только один плюс, - Фантомхайв вдохнул аромат любимого чая. – Там будет Виолета, а значит, в любом случае визит будет небесполезным, – с этими словами Сиэль скрылся за газетой, лишив себя удовольствия лицезреть лицо дворецкого, который, казалось, съел лимон, не один…десяток.

Когда юный Фантомхайв прибыл в дом Шелдерберри, все гости уже давно собрались в саду. Это натолкнуло на мысль о том, что хозяин дома специально назвал Сиэлю время на один-два часа позже, желая заострить внимание на его приезде. Про себя граф отметил, что Альфреду это удалось: появление Цепного Пса произвело сильное впечатление на часть гостей, но не на всех. Некоторые из них были не только не удивлены, казалось, они ждали Фантомхайва и теперь плотоядными взглядами следили за стройной юношеской фигурой в изящном костюме аквамаринового цвета. Сиэль ничуть не смутился подобной реакции, даже наоборот, обрадовался. Ведь каждый такой заинтересованный взгляд принадлежал исключительно кому-то из членов «клуба», а значит, его приезд – катализатор, который заставит возможных заговорщиков сделать какой-нибудь опрометчивый шаг.
- Граф Фантомхайв! Рад вас приветствовать в своем поместье, – произнес хозяин приема, выступая из толпы гостей навстречу юноше.
- Спасибо за приглашение. Но я, видимо, немного припозднился, прошу меня извинить, - с прохладной вежливостью ответил Сиэль, отлично понимая, что вошел в сад ровно в 13.00 и не минутой позже, Себастьян не допустил бы опоздания.
- Нет, граф, это мне надо извиняться. Вы приехали вовремя. Это я немного спутал время и пригласил вас на час позже необходимого, - с легким поклоном сознался Шелдерберри, чем полностью подтвердил правильность догадок Сиэля. Далее несколько заученных фраз – обмен любезностями и занавес – сцена окончена.
Прелюдия сыграна, актёры великолепно справились с ролями. Даже извиняясь, хозяин приёма сохранил поистине аристократическое спокойствие, никаких натянутых, насквозь фальшивых улыбок, а вежливый и немного покровительственный тон, в меру приправленный эмоциями, заставил почувствовать Сиэля в нем равного. Настоящего дворянина, а не жалкое подобие, коих Фантомхайв привык встречать в высших кругах. Таких противников граф любил, игра приобретала совсем другой характер: всегда интереснее сражаться с хитрым и сильным хищником, нежели с коварным, но трусливым падальщиком.
- Себастьян, - тихо позвал Сиэль дворецкого, который стоял у него за спиной. Говорить что-либо ещё графу не потребовалось. Они научились понимать друг друга с полуслова, полувзгляда, полувздоха. Так и сейчас, слуга сразу понял, что пора преступать к выполнению данных ранее приказов.
- Слушаюсь, мой лорд, - произнес демон, слегка наклонившись так, чтобы его слова услышал только хозяин, и бесшумно исчез из сада.
Оставшись один, Сиэль немного поговорил с кем-то из гостей о недавнем запуске компанией «Фантом» новой серии игрушек, как вдруг с ужасом обнаружил, что среди приглашенных есть виконт Друид. Осознание этого факта пришло в тот момент, когда громкий восхищенный голос объявил, что у графа Фантомхайва прекрасные глаза, которые навевают на него воспоминания об одной юной дворянке, похитившей сердце виконта несколько лет назад. Далее последовал вдохновленный рассказ Друида о встрече с прекрасной незнакомкой, о том, как она великолепно танцевала, как мило улыбалась и смущенно прятала бездонные, как море, глаза за веером из пушистых ресниц. Дамы слушали его, затаив дыхание, время от времени покачивая головой в знак сочувствия виконту, который, по их мнению, был зло обманут проказницей судьбой, которая разделила его с таинственной девушкой. Если бы Сиэль не боялся выдать себя, то с удовольствием дополнил бы рассказ этого горе-казановы, чем окончательно разрушил бы иллюзии дам и подтвердил часть догадок мужской половины гостей, которые шепотом делились своими версиями произошедшего, отпуская при этом пошловатые смешки, которые становились только громче, когда кто-нибудь из дам, со слезами на глазах слушавших виконта, «шикала» на смеющуюся компанию. Поэтому юному графу ничего не оставалось, как молча слушать Друида, выступая при этом еще и живым пособием, наглядно показывающим, как была красива его уже невеста!
- Граф Фантомхайв, будьте осторожны, а то виконт Друид может и влюбиться в вас! – не смог удержаться от шутки один из гостей, наблюдая, как юноша неустанно уворачивается от Друида, который так и норовился обнять его.
- Не волнуйтесь, лорд Келви, - обманчиво спокойно произнес Сиэль, однако не прекращая уклоняться. – Тогда виконту придется иметь дело с моей невестой.
Гости дружно засмеялись, а Друид, воспользовавшись секундной заминкой графа, наконец-то заключил его в объятия.
- Поймал! – счастливо закричал он, звонко рассмеявшись.
- Играете с огнём, виконт Друид! Мисс Элизабет Миддлфорд так просто не отдаст своего жениха, - сообщил нежный девичий голос, который Сиэль сразу узнал.
- Что вы, мисс Виолета! Я бы и не подумал! – ответил виконт с простодушной улыбкой, но расцепил капкан из рук, выпуская юношу на свободу.
Ещё немного посмеявшись, Друид «подлетел» к одной из гостьи и, взяв её за рука, начал говорить, что её платье сшито из той же ткани, что и у той самой прекрасной незнакомки, чем вызвал новую волну восторгов у женской части и пошлых шуточек у мужской. О Сиэле все забыли, и теперь он раздраженно поправлял одежду, которая немного пострадала после близкого знакомства с любвеобильным виконтом.
- А вы популярны, граф Фантомхайв, - мило улыбаясь, произнесла спасительница, оставшаяся возле юноши. Как и отец, она говорила спокойно, даже немного уставше, но не растягивая слова, как это было модно у девушек, игравших в меланхолию. Не было никаких придыханий и восхищенных восклицаний, коими изобиловал словарь его шумной невесты.
- Глупости! – возмущенно произнес Сиэль, но, взглянув на девушку, сразу смягчил тон. – Но я все равно должен поблагодарить вас, графиня Шелдерберри.
С этими словами Фантомхайв протянул быстро краснеющей девушке небольшую книгу, которую все это время держал в руках.
- Ох, что вы, не надо было! – Виолета неуверенно взяла подарок в руки, но стоило её глазам пробежаться по названию, как она мгновенно забыла о своем смущении.
- Уильям Теккерей! «The Newcomers»! Я обожаю его книги! Как вы догадались? – Виолета подняла восхищенный взгляд на Сиэля, который всеми силами старался скрыть своё удивление, он, конечно, предполагал, что подарок придется девушке по душе, но не знал, что настолько!
- Когда в прошлый раз мы говорили о современной литературе, вы сказали, что в жизни зло гораздо интереснее и разнообразнее, чем добро, и что нужно изучать людей, действующих из дурных побуждений, - говорил Фантомхайв, ловя на себе внимательный взгляд леди. Было заметно, что она не ожидала, что Сиэль настолько внимательно её слушал и запомнил хоть слово, сказанное ею на балу.
- Первым, о ком я подумал, был Теккерей. Его «Ярмарка тщеславия» целиком и полностью соответствует этому описанию, как и остальные его произведения, - закончил своё объяснение юноша.
- О, Сиэль, …вы очень наблюдательны. Ох! – Виолета запоздало поняла, что назвала графа по имени, и попыталась исправить положение, обратившись снова на «Вы», от чего получилось довольно забавная фраза, и теперь девушка медленно, но верно начала краснеть, что было особенно заметно на фоне её легкого ярко синего платья, которое, к слову, так хорошо сочеталось с костюмом Сиэля и делало их просто идеально парой.
- Надеюсь, вы не будете возражать, если мы перейдем на «ты», Виолета? – юноша немного наклонился, поймав руку леди Шелдерберри, и слегка коснулся её губами.
- Я только рада, Сиэль! – вздохнув с облегчением, произнесла та, однако, не поспешила разорвать контакт.
- Тогда не откажешься ли ты ещё показать мне ваш сад?
- С удовольствием, - с этими словами Виолета позвала служанку и, отдав её книгу, приказала отнести подарок в её покои.
- Думаю, начнём с розария!

* * *
Сиэль ходил по саду, мысленно ругая себя за глупость предложить прогуляться с Виолетой. Конечно, причина для этого была, а именно необходимость отвлечь внимание хозяев дома от их же дома, пока его исследует Себастьян. Своим предложением пройтись Фантомхайв убил сразу двух зайцев: во-первых, на долго занял саму Виолету, а, во-вторых, взял под контроль самого Шелдерберри, который как отец, по всем правилам не мог оставить свою дочь без присмотра наедине с мужчиной. Но в его плане появилось несколько минусов, которые не позволили назвать его идеальным: во-первых, заботливый отец вместо того, чтобы как-то отвлечь гостей от провокационной пары, всячески старался сделать их объектом всеобщего внимания, видимо соблазн расстроить одну помолвку и устроить новую всё ещё посещал Шелдерберри. А во-вторых, Сиэль не учел одной очень важной вещи: хотя Виолета сильно отличалась от Элизабет как манерой поведения, так и выбором тем для разговора, но она все равно оставалась девушкой, которая на протяжение целого часа вдохновлено рассказывала обо всем, что видел Фантомхайв вокруг себя. Безусловно, говорила она очень интересные вещи, и если бы граф не был здесь по делам, то был бы благодарен своей спутнице за это, но сейчас, когда все мысли были только об ангеле и сектантах, её слова казались просто лишней информацией, которая только мешала юноше. И вот, как раз когда она объясняла, почему для беседки была выбрана именно сосна, к ним подошел Себастьян. Извинившись, слуга сказал, что графу Фантомхайву пришло срочное письмо от Её Величества, с которым он должен ознакомиться немедленно. Сиэль извинился перед спутницей и направился в дом. В гостиной юношу ждал конверт с поддельной королевской печатью, которая служила гарантом того, что любопытные слуги, которые обязательно увидят её, просто побоятся подслушивать или подглядывать за приближенным Королевы. Войдя в комнату, граф вопросительно взглянул на демона, который утвердительно кивнул, отвечая на немой вопрос хозяина.
- Наконец-то! Почему так долго?! – недовольно спросил Фантомхайв, как только получил подтверждение, что в гостиной, где ему позволили уединиться, нет лишних ушей.
- Я закончил ещё полчаса назад и не мог решиться прервать вашу прогулку с леди Шелдерберри, - сухо ответил слуга, грустно глядя на хозяина. Но долго грустить ему не пришлось, как только демон закончил фразу, на лице Сиэля отразилась целая буря эмоций, а рука взметнулась вверх, как если бы юноша собирался ударить мужчину, но вовремя остановился.
- Значит, я лишних полчаса впустую ломал комедию, отвлекая гостей и хозяев дома?! – спросил Фантомхайв шепотом, который больше напоминал змеиное шипение. Не один мускул на лице Себастьяна не дрогнул, и со стороны казалось, что слуга никак не отреагировал на услышанное, но Сиэль с удивлением увидел, как потухшие глаза демона снова вспыхнули ярким огнём, как вместо необъяснимой тоски пришла радость и облегчение.
- «Неужели так рад тому, что мне пришлось помучиться? Хотя нет, здесь дело в другом…» - обескуражено подумал юный граф, который с ужасом осознал, что начинает путаться в своих мыслях относительно слуги.
- Прошу прощения, мой лорд, - без капли сожаления произнес демон, поклонившись, на что Сиэль просто махнул рукой. Юношу больше интересовало, что нашел Себастьян. Если «клуб» окажется безобидным сборищем скучающих дворян, которые решили поразвлекать себя игрой в интриганов, то Фантомхайв намеревался просто передать их в руки Скотланд-Ярда и заняться куда более важными делами. И только если Себастьяну удастся найти что-то из ряда вон выходящее, Сиэль займется этим делом лично.
- Что ты нашел?
- В кабинете Шелдерберри, в тайнике, были запечатаны документы, среди них и переписка с французской стороной. Позже я восстановлю для вас их содержание.
Граф даже немного разочаровался, он ожидал от Альфреда Шелдерберри чего-то большего, но, неожиданно, внимание юноши привлекло одно слово, прозвучавшее в докладе дворецкого.
- Ты сказал, что они были «запечатаны»?
- Да, магическим путем!
Сиэль подумал, что ослышался или неправильно понял слугу, но, взглянув на серьезное лицо Себастьяна, понял, что все расслышал верно, и потому попросил объяснить подробнее, благо время было, и никто не решился бы нарушить покой Цепного Пса даже в чужой гостиной.
- Был поставлен простой барьер, который не позволил бы постороннему прикоснуться и даже элементарно увидеть тайник. Его может поставить любой начинающий маг, и, судя по тому, с какой легкостью я разрушил это заклинание, маг действительно слаб и неопытен.
Сиэль пересёк комнату и устроился на изящном стуле, наличие мягкой софы было проигнорировано. Юноша ждал продолжения, и такая манера поведения привела демона в замешательство.
- Я вижу, что вы не удивлены, господин, – медленно произнес дворецкий, вставая прямо напротив стула, на котором спокойно восседал юный Фантомхайв. Сиэль скучающе посмотрел на слугу.
- Чему удивляться? Я встречался с ангелом, бывал в библиотеке шинигами, а мой информатор – легендарный жнец, я уж молчу о том, что некоторые из богов смерти частенько бывают у нас в гостях, Дьявольский пёс охранял мой дом, а ещё, - юноша, сделав небольшую паузу, самодовольно посмотрел на Себастьяна, - а ещё мне служит демон!
Глаза дворецкого мгновенно заполыхали адским пламенем. С одной стороны юный наследник дома Фантомхайв не сказал ничего, что могло бы быть неправдой, наоборот, всё звучало, как обычная констатация фактов, но то, с какой интонацией он произнес последние слова и как посмотрел на слуг! Как на пса на коротком стальном поводке! Это не просто злило. Хотя нет, Себастьяна ужасно бесило скорее даже то, что мальчишка прекрасно осознавал, насколько демон хитёр и силен и что ещё большой вопрос, кто из них кому принадлежит и подчиняется, однако, юноша не побоялся бросить вызов исчадью ада, он ходил по тонкому лезвию, желая выжать из этого контракта всё до последней капли. Это раздражало и одновременно пьянило. Раньше такое поведение заставляло дворецкого просто радоваться, что ему досталась такая интересная душа. Но теперь он проникся истинной гордостью за своего хозяина, который смог заставить демона желать этого странного противостояния, их негласной борьбы за всё, вплоть до последнего слова в разговоре. А еще это пугало его! Мальчик был сильным противником. Человек смог увлечь демона! Понимание этого и злило и одновременно заставляло Себастьяна ощущать трепет перед этим «глупы», «никчёмным» созданием.
- Что ж, вы как всегда правы, мой лорд! Но есть кое-что ещё, что показалось мне не совсем обычным, - дворецкий произнес это как можно безразличней, чем ещё сильнее пробудил интерес в глазах хозяина.
- Я не смог осмотреть весь дом.
- Почему? – Сиэль действительно удивился. – Что может быть проще, чем зайти в каждую комнату этого старого поместья?
- В том-то и дело, что в одно место я так и не смог попасть. В одной из комнат, предназначенных для приёма гостей, я обнаружил тайную дверь за книжным стеллажом, так же скрытую магическим заклинанием. Но оно кардинально отличается от того, которым был скрыт тайник с документами. Оно гораздо сильнее и сложнее. Возможно, если бы я имел больше времени и возможность выпустить на свободу свою истинную демоническую сущность, то смог бы сломать этот барьер. Но я не могу быть в этом до конца уверен.
- Себастьян, а сейчас…
- Не волнуйтесь, сейчас за нами точно никто не следит. Я почувствую чьё-либо присутствие, даже скрытое магически.
Юноша немного успокоился и погрузился в свои размышления. С одной стороны, наличие магически скрытых помещений не явилось такой уж неожиданностью для графа. Многие аристократы в последнее время увлеклись колдовством, и каждый, уважающий себя дворянин состоял в каком-нибудь кружке, где был свой маг, который на самом деле оказывался простым шарлатаном. На таких собраниях гостей одурманивали опиумом, после чего они с легкостью принимали простые блики света за души умерших, зеркальные отражения за одну из своих реинкарнаций, а самого мага за повелителя Ада. Но были и те, кому удавалось научиться настоящему колдовству. Поэтому Сиэля больше настораживал тот факт, что Себастьян не смог справиться с заклинанием на двери, в то время, как тайник с документами был вскрыт без проблем. Похоже, граф Шелдерберри был не так прост, как могло показаться в начале.
- Что ж, видимо мне придется заняться этим делом лично, - с недовольством заключил юноша. – Себастьян, ты говорил, что обнаружил переписку с французской стороной?
- Совершенно верно.
- Плохо, что я не могу прочитать её немедленно. Придется импровизировать, - чуть тише заметил Фантомхайв. И вновь погрузился в свои мысли.
- Будут еще какие-нибудь приказы?
- Нет, теперь просто будь рядом.
- «Сейчас ход за королем!»

Продолжение в комментариях

@музыка: классика

@настроение: никакого)

@темы: Шелдерберрийская шкатулка

URL
Комментарии
2011-02-09 в 21:08 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Глава 11
Как часто можно услышать, что у престола всегда полно глупцов и проходимцев, и если с последним, даже при большом желании, поспорит не получиться, то наличие глупцов можно подвергнуть сомнению. Долго при дворе они не задерживаются. Да и как выжить глупому наивному кролику в окружение змей, которые скользким шипящим клубком обвили королевский трон. Если аристократ хотел остаться в милости двора, то должен был в совершенстве освоить все тонкости науки плетения паутин интриг, уметь говорить и слышать меж строк и всегда следить за своими словами. Любая шутка могла в последствии быть обращенной против её автора, а порой одно слово могло подписать смертный приговор. Выжить в этом мире могут только те, кто готов полностью забыть своё человеческое лицо и, скрывшись за маской лицемерия, вести жизнь, заполненную беспросветной ложью.
Юному Фантомхайву это было прекрасно известно, и он приложил немало усилий для того, чтобы его слова, взгляды, жесты, мысли и даже эмоции всецело подчинялись ему, позволяя вести опасные игры не только с аристократами, но и с демоном. Поэтому на пикнике у Шелдерберри Сиэлю не составило особого труда в разговорах, как бы случайно дать собеседникам понять, что даже «Пса» не всё устраивает в прекрасном саду Её Величества и что есть страны, которые Фантомхайв считает достоянными для подражания и которые даже могли бы помочь, как он выразился, «слишком устоявшейся» Англии привнести что-то новое. Каждую фразу юноша продумывал до мелочей, даже интонация и паузы были четко вымерены, слишком был велик риск или спугнуть «клубников», такой неожиданной критикой Королевы, или попасть под подозрение в заговоре против королевской власти, поэтому Сиэль выбирал такие слова и так строил свои предложения, что каждый из его собеседников слышал то, что думал и сам. Так фраза о том, что «скорбь Её Величества по супругу передалась и народу», одними была понята как слова о том, что народ всей душой переживает горе Королевы вместе с ней, а другими, как укор в её сторону за то, что своим трауром погрузила подданных в тоску, которая никак не была связанна с гибелью её мужа, а была просто следствием той гнетущей атмосферы, которую создала вдова в своём саду.
Себастьян, следовавший всюду за господином подобно тени, молча наблюдал за тем, как люди бессмысленно тратят своё время. Они всю жизнь говорят, и всю жизнь не о том. Вместо того, чтобы сказать напрямую, они прячут истину за тысячи ненужных слов, кричат невпопад и молчат не про то. Демон, на протяжение всего времени своего существования наблюдавший за человечеством, видел этот театр абсурда уже не первое столетие, и сейчас откровенно скучал, слушая трескотню светских львиц, которые во всех подробностях обсуждали некую герцогиню и её отношения с новым фаворитом, делились впечатлениями от прошедшего бала у Эшли и гадали, что придумает виконт Друид, который устраивает вечер-маскарад через две недели; мужчины говорили в основном о политике, но свое мнение высказывали очень осторожно и довольно расплывчато, и весь разговор сводился к простому пересказу всем известных фактов. Себастьяну все они были противны, как и Сиэлю, но позволить себе уйти так просто они не могли.
Время близилось к пяти, и юный Фантомхайв, извинившись перед хозяином, сообщил, что его ждут дела, которые не позволяют ему более оставаться на пикнике, и он вынужден покинуть столь гостеприимный дом. Виолета, не скрывая огорчения, попрощалась с Сиэлем и ещё раз поблагодарила за книгу, а Шелдерберри, как хозяин, решил проводить гостя лично.
- Смотрю, у вас новый экипаж,- произнес Альфред, с восхищением рассматривая новое средство передвижения графа.
- Да, старый безумно надоел, - спокойно ответил юноша, не спеша прощаться с хозяином. Он был уверен, что не напрасно почти три часа говорил загадками и бросался двузначными словами. Шелдерберри не мог не понять скрытого подтекста, и Фантомхайв оказался прав. Мужчина прекратил любоваться экипажем и обратил уже серьезный взгляд на юношу:
- Граф, я надеюсь вы не откажитесь от приглашения на ужин, скажем, в это воскресенье?
Сиэль ненадолго задумался, якобы вспоминая, не запланировано ли у него что-нибудь на это день, и через несколько минут уже дал свое согласие.
- «Партия продолжается…»
* * *
Солнце лениво приближалось к горизонту, и полумрак царственно накрыл своей мантией комнату, где тишину нарушали только негромкие звуки удара кия и стук шаров друг об друга. Сиэль играл уже двадцать минут, но закатить в лузу удалось только три шара, что было для него не свойственно, обычно ему хватало этого времени, чтобы оставить на столе не более одного-двух. Дверь в комнату открылась, и на пороге появился дворецкий со смородиновыми корзинками и чаем, аромат которого мгновенно заполнил небольшое помещение. Демон посмотрел на бильярдный стол и, немного удивившись, решил спросить, что случилось.
- Вас что-то беспокоит, мой лорд?
- Да, - юноша не видел смысла скрывать это, к тому же его безобразная игра выразительно демонстрировала, что ему что-то мешает сосредоточиться.
- Слишком просто!
Себастьян непонимающе посмотрел на хозяина, который осторожно положил кий на борт и устало опустился в ближайшее к окну кресло.
- Что просто? – всё же спросил слуга.
- Шелдерберри! Это было слишком легко! – отрывисто произнес Сиэль, недовольно взглянув на дворецкого. Себастьян только вздохнул и принялся наливать чай.
- Юный господин, что именно вас смущает? Это дело несильно отличается от ваших обычных заданий, и раньше, когда все шло как по нотам, вас это не настораживало, но сейчас вы изводите себя ненужными мыслями и беспокойствами, и вообще ведете себя очень странно. Не связанно ли это с ней? – произнес демон почти обиженным тоном, подавая чашку хозяину, который только хмурился от слов слуги.
- Пожалуй ты прав, - сдался Сиэль и обреченно облокотился на спинку кресла.
- Я знаю, что делаю всё правильно, и сейчас события идут тем чередом, который для них выбрал я. В воскресенье ужин у Шелдерберри, а за день до этого, в субботу, будет собрание клуба. Наверняка Альфред предложит мою кандидатуру в члены их маленького «кружка» и на следующий день, вечером, поведает мне о своей небольшой тайне, пригласив в ней участвовать, и, конечно, я соглашусь. Но мысли о ней не дают мне покоя.
Себастьян напрягся, последние слова ему очень не понравились, и он уже представил, как душит тонкую шейку одной миловидной девушки, но Фантомхайв не заметил этого и спокойно продолжил говорить.
- Это дело не понравилось мне с самого начала. Стоило открыть первую шкатулку, как передо мной предстала следующая, в виде магических заклинаний в доме Шелдерберри, и что-то мне подсказывает, что впереди ждет ещё не один такой сюрприз. Взять хотя бы переписку, которую ты нашел…Себастьян!
- А? – демон очнулся от мыслей, которые полностью заполнили его сознание минуту назад. – Да, я вас внимательно слушаю. Переписка.
Юноша только махнул рукой в сторону слуги, который, судя по взгляду, думал о том, как будет кого-то убивать, к чему-то меньшему этот взгляд не располагал, слишком ярко разгорелось яркое пламя в демонических глазах. Сиэль только понадеялся, что думал дворецкие не о нем, хотя юноше было откровенно всё равно, что произойдет с ним после выполнения контракта.
- Как я сказал, переписка станет следующей шкатулкой. Она скрывает в себе гораздо больше, чем я смог прочитать. Клуб существует уже не первый месяц, это заметно по письмам, по их содержанию. Скорее всего, они пришли недавно, думаю, в течение одной-двух недель и хранились в том тайнике временно, что так же объясняет слабость заклинания. Могу предположить, что основной архив хранится в помещение за той, хорошо защищенной дверью.
Себастьян кивнул в знак согласия, но удержаться от мучившего его вопроса не смог:
- А при чём тут она?
- Как? А вдруг она стоит за всем этим?! – возмущенно проговорил граф, глядя на дворецкого, как на самое глупое существо на свете.
- Тогда я убью её! – с улыбкой сообщил слуга хозяину, который заметно побледнел.
- Убить?! Убить Её Величество?!
Себастьян удивился куда сильнее Сиэля, когда понял, что под «ней» подразумевалась Королева, которой граф продолжал служить, однако, так до конца не избавившись от мысли, что она хочет погубить род Фантомхайвов.
- Конечно, если только вы прикажите, - быстро нашелся дворецкий.
- Только в крайнем случае, - постепенно успокаиваясь, ответил юноша и, немного помолчав, добавил. – Все равно бесполезно сидеть и гадать. Надо ждать воскресенья.
- Будут указания на завтра?
- Да, в моём кабинете, на столе, лежит папка с документами по делу об убийстве в церкви. Изучи их и достань все сведенья, которые могут мне понадобится: биографию жертв, их родственников и друзей, проверь, не упустили ли в Скотланд-Ярд еще одно жертвоприношение, так же мне нужны точные дни проведения каждого ритуала, и все, что найдешь про само место его проведения. Если поймем, по какому принципу они выбирают жертв или место, то сможем вычислить, когда и где произойдет следующее преступление.
- Будет исполнено, мой лорд, - поклонился слуга и незаметно исчез из комнаты.
* * *

URL
2011-02-09 в 21:11 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Трудно искать черную кошку в темной комнате, особенно если её там нет. Но Сиэль не сдавался, он знал, что в каком-то из углов сидит это пушистое создание, нагло тараща на него свои зеленые глаза. Он упорно продолжал перечитывать кипы бумаг, которые завалили весь его стол, не обращая внимания на то, что некоторые листы удобно расположись на дорогом ковре, скрывая за собой причудливый узор. Граф продолжал читать биографии жертв, их друзей и родственников, а когда глаза уставали, юноша, не позволяя себе даже минуты покоя, приказывал Себастьяну читать вслух, а сам откидывался на спинку жесткого кресла и, прикрыв глаза, слушал спокойный голос слуги.
Прямая связь между жертвами отсутствовала, они не были знакомы и, скорее всего, даже ни разу не встречались. Тоже можно было сказать и об их окружении. Но, не смотря на это, у жертв было очень много общего. Первое, что бросилось в глаза, это то, что все они были юношами, родившимися в один день и в один год с Сиэлем. Так же, хотя некоторые из жертв жили в пригороде или в деревнях далеко от города, по разным причинам родились они в самом Лондоне. Внешне мальчики тоже были похожи: все были немного худощавы, со светлой, почти молочно-белой кожей и имели большие выразительные голубые глаза.
Но как бы это не было парадоксально, этих данных было не достаточно, чтобы понять логику сектантов. Можно было предположить, что они ищут жертв, похожих на свою первую добычу, на Сиэля, но отсюда ни как не следовало, из каких соображений был выбран некогда сам граф, то, что он «отмечен богом», не было никому известно до тех пор, пока коленное железо не коснулось его тела, оставляя благословленное проклятье в виде знака божественной частоты. Почему тогда выбрали его? Вопрос оставался открытым, а значит, была так же не до конца ясна логика выбора новых жертв, в конце концов, не так уж и мало родилось в тот день голубоглазых малышей, не стали же они убывать всех подряд. Нет, что-то отличало этих юношей от других, и лучшим подтверждением тому стал один из знакомых третий жертвы. Друзья были на удивление похожи: стройные юноши со светлыми голубыми глазами и белоснежной кожей. Родились они в один день и в одной больнице, где и познакомились их матери, после чего продолжили дружить уже семьями, а мальчики росли почти как братья, проводя все время вместе. Перед тем, как похитить будущую жертву, сектанты наверняка следили за юношей, а значит, не могли не увидеть второго мальчика, который по всем критериям мог стать следующим, но не стал. По сему Сиэль бросил попытки вычислить личность потенциальной будущей жертвы и направил свой взор на место преступления. Но и тут Фантомхайва ждала неудача. Все места проведения ритуалов обладали высоким уровнем темной энергии, но опять же, по какому принципу были подобранны эти места, было не понятно.
- «Ну не могли же они выбирать их в случайном порядке!» - в отчаяние думал граф.
Бумаги были прочитаны по несколько раз, и Сиэль мог без проблем по памяти воспроизвести любое предложение, будь то биография жертвы или показания свидетелей, которые были крайне скудны и абсолютно бесполезны.
- Себастьян, - обратился юноша к слуге, устало потирая переносицу, - приготовь чай и что-нибудь сладкое.
Дворецкий даже не стал дразнить хозяина на тему его маленькой слабости, понимая, что тот не в настроение препираться, а просто молча поклонился и ушел на кухню. Оставшись один на один со своими мыслями, граф от нечего делать взял в руки карандаш и стал воспроизводить части пентаграммы с места преступления на обратной стороне отчета Скотланд-Ярда. Это занятие успокаивало, и через какое-то время юноша так увлекся, что не заметил, как на подоконнике открытого окна кабинета появилась темная фигура.
- Сиэль!
Фантомхайв даже не успел толком испугаться. Некто подлетел сбоку к его креслу и теперь сжимал в объятиях, беспрерывно о чем-то говоря. То, что его пришли не убивать, Сиэль понял из тех слов, что смог разобрать в потоке всхлипов и междометий.
- Даже соскучился…в прошлый раз…не поговорили,…а где Себастьянчик? …а почему грустишь? …как дела?
Юный Фантомхайв уже начал задыхаться в стальных объятиях, а перед глазами поплыли яркие пятна, когда наглого гостя отшвырнуло к книжному шкафу.
- Юный господи, как вы себя чувствуете? – голос немного встревоженный, но движения остались плавными и быстрыми. Дворецкий развязал ленту на шее и расстегнул две верхние пуговицы рубашки, позволяя Сиэлю глубже вдохнуть.
Юноша быстро восстановил дыхание и уже незамутненным взглядом посмотрел на слугу, который стоял на коленях перед креслом хозяина, беспокойно всматриваясь в лицо графа. Только сейчас Фантомхайв заметил, что Себастьян был без пиджака и в белоснежном фартуке, на котором была видна просыпанная мука. Похоже, дворецкий как раз готовил очередной кулинарный шедевр, когда почувствовал в доме чужое присутствие и поспешил на помощь к своему юному господину.
- Все нормально, - хрипло произнес Сиэль. – А…?
Юноша вопросительно посмотрел в сторону растянувшегося на полу любвеобильного гостя, заваленного книгами. Почувствовав себя в центре внимания, тело, а по-другому это не назовешь, начало шевелиться и с огромным трудом приняло сидячее положение.
- Себастьянчик! Зачем так грубо?! Я же всего лишь зашел в гости! – обиженно прокричал Грелль.
- Господин, - демон уже поднялся с колен и медленно кошачьей походкой приближался к шинигами, - прикажите довести до конца дело Джека Потрошителя?
Сатклифф, не рассчитывавший на подобный поворот событий, вжался в угол и, прикрыв руками голову, истошно закричал:
- Сиэль, прошу не надо! Я вообще здесь на задание, и если не выполню его, то Уильям разозлится, а для него даже моя окончательная смерть не будет считаться достоянным оправданием! Ой!
Дворецкий с легкостью поднял красноволосого жнеца за грудки над полом и теперь размышлял, что бы ему с ним сделать.
- О! Себастьянчик! Когда ты так близко, мне кажется, что я лечу! – кокетливо похлопав ресницами, буквально пропел Грелль, неправильно истолковав потерю опоры под пятой точкой.
- А это идея! – довольно произнёс демон, кинув взгляд на открытое окно кабинета. Он даже успел сделать несколько шагов в его сторону, но был остановлен твердым голосом Сиэля.
- Себастьян, подожди! Отпусти его.
Дворецкий с грустью посмотрел на окно, раздуваемые ветром занавески которого так и манили к себе, предлагая устроить одной краснопёрой птице первый и, если повезёт, последний полёт в её загробной жизни. Но как бы велико не было искушение, слуга пересилил его и позволил шинигами вновь устроиться на ковре перед столом Сиэля.
- Больно! – обиженно проныл Сатклифф, но мгновенно вскочил на ноги и попытался ещё раз обнять юного графа в благодарность за спасение, но ему помешал стол, который стал надежной преградой, разделяющей хозяина и его шумного гостя.
- Грелль, я могу и отменить этот приказ, - раздраженно произнес Фантомхайв, неосознанно вжимаясь в кресло. Жнец на удивление быстро успокоился и перестал тянуть руки к юноше, однако отходить от стола не стал, а только внимательно посмотрел на Сиэля, ожидая, что тот скажет.

URL
2011-02-09 в 21:13 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
- Ты сказал, что здесь на задание, - нетерпящим возражения голосом заговорил Фантомхайв, поняв, что его начали слушать. – В чём оно заключается?
- Узнать как у тебя дела, - особо не задумываясь, ответил Сатклифф.
- Ты кажется не расслышал вопрос! –постепенно приходя в ярость, прошипел Сиэль. – Я спросил, что за задание дал тебе Спирс, а не зачем ты якобы пришел!
- Но это правда! – шинигами даже всплеснул руками. – Уильям приказал мне проведать тебя, узнать, чем сейчас занимаешься, как твоё здоровье и как поживает твой дворецкий, - Грелль лукаво посмотрел на демона и послал ему воздушный поцелуй.
- Зачем? – ошарашено произнес Фантомхайв, наблюдая за провокационными действиями одного глупого бога смерти в отношение одного очень злого демона, вынужденного всё это терпеть.
- Не знаю, - беззаботно бросил Сатклифф, - Уильям вообще стал себя странно вести после того, как его вызвали к начальству в связи с событиями на Тауэрском мосту. Потом все о тебе и о душке Себастьяне расспрашивал меня. Может, глаз на кого из вас двоих положил! – неожиданно «понял» шинигами и, мгновенно забыв о том, чем рискует, бросился на шею к дворецкому. – Нет! Себастьянчика не отдам!
Такого не мог стерпеть даже демон, поэтому в ту же секунду жнец был отброшен мощным ударом к противоположной стене, но сдаваться тот явно не собирался, поэтому не раздумывая кинулся снова к предмету обожания.
Сиэль, быстро утратив интерес к гостю, устроился в своём кресле и начал думать о том, что только что услышал. Тот факт, что им заинтересовались шинигами, был бы не удивителен, только в том случае, если бы Фантомхайв не встречался с ними раньше. Ещё при первой встрече Спирс четко дал понять, что демонов боги смерти, мягко говоря недолюбливали, но при этом и не воюют, просто каждый занимается своим делом, а контрактеров, заключивших с демоном договор, просто презирают и никакого интереса не проявляют к их персоне. И вдруг неожиданные визиты, этот странный приказ и те слова, сказанные Уильямом Ти Спирсом в конце их разговора, о которых Сиэль вспоминал каждый раз, когда поведение слуги казалось ему подозрительным. Слишком много неизвестных в одном уравнение. Слишком много вопросов. Пытаясь отвлечься от шума небольшой драки, устроенной жнецом и демоном прямо перед его столом, и желая сконцентрироваться, Фантомхайв неосознанно взял в руки карандаш и начал заново рисовать пентаграмму на новом листе. Из транса его вывел вопрос, прозвучавший от куда-то снизу.
- Так чем ты занимаешься, Сиэльчик?
Грелль, выбившись из сил, наконец, сдался и видимо решил приступить к выполнению приказа. Жнец поднялся с пола, куда его с наилучшими пожеланиями отправил дворецкий и посмотрел на творчество графа.
- О! Рисуешь?! Замечательно! Только… - глаза шинигами с интересом пробежались по нескольким знакам, которые успел воспроизвести юноша, - только почему так грустно: «кровь», «страх», а это наверно «убийство»? – указав на недописанный знак, спросил Сатклифф.
Юный Фантомхайв мгновенно забыл о том, что занимало его мысли ещё минуту назад.
- О чём ты говоришь? – осторожно спросил юноша. – Ты знаешь, что означают эти знаки?
Сиэль ещё раз показал на три символа, которые успел нарисовать и, дождавшись утвердительного кивка жнеца, как можно спокойнее спросил:
- Может знаешь, что означают и эти?
Фантомхайв аккуратно вывел рядом еще пять символов, которые были сразу же опознаны Греллем. Юноша попросил Сатклиффа повторить их значение и, быстро записав их напротив каждого знака, спросил ещё об одной интересовавшей его вещи.
- А откуда ты это знаешь?
Граф помнил, что Гробовщик говорил как о ритуале, так и о пентаграмме, как о чем-то очень редком и известном только очень узкому кругу лиц, и Сиэль был уверен, что в этот круг никак не могли поместиться все шинигами этого мира, а значит Грелль узнал об этом от кого-то из посвященных.
- Я видел их в бумагах Уильяма, которые он принёс после того, как его вызвали к начальству. Правда, он не дал мне прочитать что-нибудь ещё, да и так злился, что я успел увидеть этот несчастный клочок! Иногда он слишком строг ко мне! – дальше Сатклифф начал говорить что-то о предвзятом отношение начальника, который просто не видит его творческой натуры и прекрасной внешности, но Фантомхайв его уже почти не слушал, так как новая лавина вопросов накрыла юношу, и вновь он почувствовал себя маленьким и беспомощным. Паника подобралась к границам сознания, за которые он гнал её, не позволяя захватить себя. Вопросы! Как их много или нет, он всего один. Ответ на него мог открыть замки всех дверей, а искать этот ключ надо в прошлом, и единственная ниточка, за которую может ухватиться Сиэль, - это сектанты.
Мысли сразу ж потекли в другом направлении. Дело «монаха». Сейчас в нем появилась новая зацепка. Юноша не был уверен наверняка, но он чувствовал, что информация, полученная от Сатклиффа, поможет ему. Эта мысль заставила вспомнить о жнеце, который до сих пор продолжал разглагольствовать о своих сложных отношениях с начальником и не только.
- Грелль, – прервал словесный поток граф. – Я отвечу на все интересующие тебя вопросы, но после этого, ты немедленно уйдешь.
- Ну-у-у… - обиженно начал шинигами, но Сиэль предупредил его попытку возразить, пригрозив вообще ничего не рассказать, а значит, не позволить выполнить задание Спирса. После этого Сатклифф передумал спорить и, узнав какие дела сейчас ведет юный Фантомхайв, воспользовавшись окном, исчез из кабинета, послав на прощание ещё один воздушный поцелуй дворецкому.
- Зачем вы ему рассказали? – позволил себе вопрос Себастьян.
- Мои дела не являются таким уж большим секретом. Кроме «Шелдерберрийской шкатулки», конечно, но вряд ли Грелль как-то сможет мне в нём помешать, - логично рассудил юноша. – Меня больше интересует то, что он поведал мне относительно некоторых знаков пентаграммы.
- У вас появилась идея? – заинтересованно произнес дворецкий, подходя к столу хозяина, который перечитывал доклад Себастьяна относительно места первых двух убийств.
- Возможно, - протянул Фантомхайв, вновь углубившись в чтение информации уже о других местах преступлений. Тишина воцарилась в комнате, и только шуршание листов бумаги нарушало эту иллюзию спокойствия.
- Кажется, я нашел, - тихо сказал Сиэль, не отрывая взгляда от пентаграммы.
Дворецкий был заинтригован. Он осторожно обошел стол и встал по левую руку юноши, который методично складывал не нужные бумаги на край стола, расчищая место и выбирая только необходимые. Когда с этим было покончено, граф взял чистый листок и нарисовал « 死».

URL
2011-02-09 в 21:15 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
- Себастьян, смотри. Этот знак означает «смерть». А первое жертвоприношение произошло на Хайгейтском кладбище. Хотя оно и было открыто совсем недавно, но это первое современное кладбище в Лондоне и первое из «Магической семёрки». Думаю можно считать, что это место вполне соответствует значению символа.
- Возможно, - задумчиво произнес слуга, ещё раз пробежавшись глазами по собственному отчёту о Хайгейтском кладбище.
- Тогда смотри дальше, - азартно сказал Сиэль и нарисовал следующий символ « 血». – Это означает «кровь». Довольно неопределенно, и я догадался не сразу, что это второе жертвоприношение, которое совершили в церкви, где некогда произошло братоубийство. Вот!
Юноша, как фокусник, извлёк из кипы бумаг необходимый листок и зачитал вслух:
- Тогда-то…это не важно…а, вот оно! “Джек Эквер был убит на глазах своей невесты Эммы Прауд и всех гостей прямо во время церемонии бракосочетания своим собственным братом Диком Эквером. После того, как убийца расправился с женихом, он признался Эмме в любви и совершил самоубийство, вонзив нож в своё сердце.”
- Всё же люди странные существа, - отстранено заметил демон.
- Не тебе их судить, - холодно ответил юноша, снова беря в руки карандаш. – Дальше идет вот этот символ «殺» - «убийство». Бесспорно, место для ритуала выбрано очень удачно в смысле истории церковного кладбища, на котором его провели.
Фантомхайв с трудом нашел нужный документ и зачитал часть отчета Скотланд-Ярда:
- “Всего на территории кладбища было совершенно 13 убийств. Местный мясник, Тони Брик, заманивал туда девушек и зверски убивал. Двенадцать девушек были изрублены до такого состояния, что их опознание проводилось по отдельным фрагментам тела.”
- Вы сказали, что убийств было тринадцать, - уточнил слуга.
- Да, тринадцатым стал сам Тони. Когда полиция нашла доказательства его причастности к убийствам, люди устроили самосуд. Его забили до смерти прямо на том же месте, где нашли последнюю жертву. Но как не крути, это – убийство, а значит, тринадцать. Чёртова дюжина.
Себастьян что-то неопределенно промычал и, уже не скрывая интереса, который юноша смог в нём пробудить, спросил про следующий символ.
- Дальше «苦» или «мучения». Четвертый ритуал произошел на пустыре, где даже трава не растёт, а всё потому, что там пытали и казнили ведьм. Конечно, многие были обвинены несправедливо, но чудовищные пытки, которым подвергали подозреваемых, заставляли признаться в чем-то и пострашнее колдовства.
- Средневековье было давно или там сожгли сотни ведьм? – насмешливо спросил дворецкий.
- В Англии никогда не сжигали ведьм, Себастьян, только изменников престолу придавали огню. Ведьмы чаще просто подвергались гонениям, нежели заключению. Иногда обвинение в колдовстве использовали как повод для казни кого-то из дворян, - вспомнил историю родной страны юноша, - но с простыми людьми обычно так не поступали. Вообще, если так подумать, то люди всегда использовали магию, как главную причину их неурядиц, и если происходило, что-то действительно серьезное, то всегда находилась колдунья, которую подвергали пыткам, а потом либо убивали, либо ссылали как обычную проститутку. Всё зависело от тяжести её вины и проявления раскаяния. Но так, увы, было не везде, находились места, где были другие методы, и, судя по всему, люди, вершившие правосудие на этом пустыре, не жалели сил на пытки, ибо обвиняемые, как правило, не доживали до конца допроса. Это место просто утонуло в людских страданиях.
- Не могу не согласиться с вами, мой лорд, - с довольной улыбкой произнес дворецкий. Всё же юноша был умен не по годам, а служить глупцам всегда было скучно, так что грустить демону не приходилось. – Я так понимаю, следующие символы так же были разгаданы вами?
- Да. Знак «痛», по словам Грелля, означает «боль, больной». – Сиэль выудил из бумаг фотографию сгоревшего огромного здания. – Ритуал был проведен в заброшенной больнице.
Себастьян внимательно посмотрел на тусклое изображение и вспомнил причины нынешнего внешнего вида некогда величественной постройки.
- Кажется в этой больнице лежали люди, больные тифом, но кто-то пустил слух, что на самом деле там находятся больные чумой, и, боясь эпидемии, люди не позволили никому выйти из здания, а через неделю дом сожгли вместе с еще живыми пациентами и врачами. Все верно? – скорее риторически спросил слуга.
- Абсолютно, - всё же ответил юноша и, сложив руки в замок и смотря куда-то сквозь стену, добавил:
- Страх толкает человека на ужасные преступления, но он не может быть их оправданием.
Дворецкий мельком взглянул на хозяина и решил ничего не говорить, но, когда молчание затянулось, продолжил разговор.
- А последнее убийство, я так понимаю, связанно с этим символом, - произнес слуга, выразительно посмотрев на знак, выведенный юношей в самом низу листа.
- Да. Знак «悪» означает «зло». Сначала я никак не мог понять, что подразумевается под этим. Потом я подумал, что самым страшным злом, которое может совершить человек помимо убийства, может быть предательство. Ведь даже Его, - юноша выразительно посмотрел на потолок, - предавали. И тут я вспомнил, что ты говорил о строительстве той церкви. Могила предателя в святом месте – двойная пощечина.
Демон усмехнулся. В чем-то Сиэль был прав, а эти горькие слова из уст пятнадцатилетнего юноши звучали ещё страшнее, чем они есть.
- А как это поможет вычислить следующее место проведения ритуала? – нарушил гнетущую тишину Себастьян.
- У меня есть одна версия, - встав с кресла, произнес Фантомхайв. – Принеси карту Лондона и пригорода.
Дворецкий послушно подошел к одному из книжных стеллажей и вытащил небольшой сверток с верхней полки. Сиэль тем временем убрал уже абсолютно все документы на край стола, откуда они плавно переместились на ковер, в руках граф оставил только лист с расшифрованными символами и пентаграммой. Когда карта была расстелена на гладкой поверхности, юноша, поместив пентаграмму перед собой и взяв в руки карандаш, отметил по очередности все места преступлений.
- Смотри, Себастьян, ритуалы проводятся в том же порядке, что и расположение символов, к тому же образуя некое подобие круга.
Слуга посмотрел на карту и подтвердил правильность догадок юного господина легким кивком, а потом и сам взял из рук юноши карандаш.
- Значит, следующее жертвоприношение произойдет где-то здесь, - проговорил демон и уверенно обвел большим кругом вероятное место появления сектантов. – А какой символ?
- Следующий знак «力» означает «сила». Осталось найти то, что может соответствовать такому странному определению.
Себастьян и Сиэль нагнулись к карте так близко, что их головы встретились, но не один не обратил на это внимания.
- Может здесь? – указал дворецкий на какую-то точку. Юноша немного отклонился в сторону и подался вперед. Шелковистые волосы демона щекотали его щёку, но Сиэль был слишком сосредоточен на карте, чтобы отвлекаться на такие мелочи.
- Полицейский участок? – Фантомхайв удивленно поднял голову и нос к носу оказался со слугой, что впрочем никоем образом не смутило юношу, вместо того, чтобы отодвинуться, Сиэль остался в том же положение, ожидая, что Себастьян сам отстраниться. Но демон даже здесь не пожелал отступать, поэтому остался стоять неподвижно, сохраняя дистанцию всего в несколько сантиметров.
- Конечно в полиции много швали, и кое-какой силой они обладают, но …
- Нет, я говорил не об участке, я имел ввиду это, - медленно сказал демон и осторожно взял руку юноши в свою и, заставив сжать в кулак все пальцы кроме указательного, установил его на точке чуть левее здания полиции. Сиэль оторвал взгляд от лица Себастьяна, который не мигая смотрел в холодные синие глаза все это время, даже не удосужившись проверить, правильно ли указал искомый объект на карте.
- Динамитная мастерская?! – удивленно произнес Фантомхайв, аккуратно высвободив руку и отстранившись от дворецкого.
- И одна из самых больших, - просветил его слуга, не спеша выпрямившись по примеру хозяина. – Сейчас здание не используется, так как владелец разорился. Но когда она функционировала, там произошло множество несчастных случаев. Об этом много писали. Рабочие гибли десятками после каждого случайного взрыва, и, чтобы скрыть следы, хозяин сжигал тела в одной из печи.
- Это может подойти! Так…временной промежуток между каждым ритуалом был разным: между первым и вторым всего два дня, между вторым и третьим – четыре, дальше увеличился до шести, восьми и десяти, значит… - Сиэль немного задумался, вспоминая, когда погибла последняя жертва, и сделал нужные подсчёты. – Получается, что следующая церемония должна пройти через двенадцать дней, и до неё осталось два дня!
Юноша устало сел в своё жесткое кресло. Два дня, и его цель будет достигнута. Наконец-то он отомстит. Картины одна страшней другой мелькали в его сознание: крики, мольбы о пощаде и немой страх в глазах его врагов. Но неожиданно дрожь прошлась по телу графа. Чем она было вызвана, он и сам не понял, но каждая мысль о предстоящей расправе приносила двоякое чувство радости и необъяснимой грусти.
- Вам холодно, юный господин?
Теплые руки оказались возле шеи Сиэля и быстрым и уверенным движением застегнули пуговицы на рубашке и идеально завязали ленту.
- Так лучше?
Фантомхайв молча посмотрел на слугу, который внимательно наблюдал за сменой эмоций господина. Было непривычно видеть Себастьяна без пиджака, в одной рубашке и фартуке, украшенном мукой. Последняя деталь позволила графу вспомнить, чем занимался дворецкий до прихода Сатклиффа.
- А где мой чай? – вопросом на вопрос ответил Сиэль, с упоением наблюдая за тем, как меняется настроение Себастьяна. Глаза демона заполыхали, а улыбка стала ещё шире и услужливее.
- Будет через несколько минут, - произнес дворецкий, практически скрепя зубами, и быстро ретировался на кухню
- «Два дня», - повторил про себя довольный юноша.
* * *

URL
2011-02-09 в 21:16 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Стрелки показывали ровно пять часов вечера, когда дворецкий семьи Фантомхайв вошел в столовую поместья, где в это время находился юный наследник. Юноша спокойно сидел за длинным столом и наслаждался вишневым пудингом, и, хотя его поведение ничуть не отличалось от обычного, слуга знал, что это спокойствие было лишь маской, скрывающей волнение, которое на протяжение двух дней неустанно терзало Сиэля. Но было кое-что и пострашнее этих мук, это были ночи. Себастьян ни на шаг не отходил от постели юноши, который по несколько раз просыпался среди ночи с криком и слезами на глазах. Дворецкий, уже привыкший к кошмарам хозяина, все равно не мог скрыть своего беспокойства за юношу.
- Может, вы передумаете? – со слабой надеждой спросил Себастьян.
Сиэль недовольно посмотрел на демона. Этот вопрос он уже слышал от него не в первый раз. Два дня до ритуала прошли как на иголках, сцены из прошлого преследовали юного графа везде, все так или иначе напоминало ему о сектантах, и если днем получалось отогнать от себя эти воспоминания, то ночью они возвращались и с новой силой продолжали мучить истерзанное сознание. После первой же бессонной ночи Себастьян предложил юноше не ехать в мастерскую и, предоставив все демону, остаться дома. Но граф даже не пожелал слушать слугу. Он должен был сам увидеть, как погибнут эти люди, нет, звери, существа, лишенные всего человеческого. Только своими глазами и только своими руками. Предложение остаться дома оскорбило юношу, и на все последующие попытки остановить его реагировал крайне агрессивно.
- Я же сказал, что пойду! – холодно произнес Фантомхайв. – Выйдем в десять, думаю, два часа будет достаточно, чтобы добраться до места.
- Как прикажите, мой лорд, - без возражений ответил дворецкий.
- Можешь идти.
Демон молча поклонился и вышел из столовой. Оставшись один, Сиэль еще раз прокрутил в голове план действий. То, что жертвоприношение произойдет в полночь, он не сомневался, ведь даже начинающему магу известно, что в этот момент грань между мирами становится весьма условной, и любой ритуал, совершенный в этот момент, имеет все шансы стать успешным. Конечно, утверждать наверняка Фантомхайв не мог, так как этот вид жертвоприношения существенно отличался от всех известных ему, но как подтверждение своей теории он обнаружил в пентаграмме изображение луны и звезд, что было очевидной ссылкой к ночи. Да и, в конце концов, опасно, даже в заброшенных местах, днём проводить подобное, слишком велика вероятность быть увиденными.
Сиэль закрыл глаза и произнес про себя три ключевых слова: «придти, увидеть и казнить». Все было очень просто, все случиться сегодня в полночь.
* * *

Тусклый свет луны еле освещал темные улицы Лондона, казалось, что от него мрак только сильней сгущался, затягивая в себя все живое. Пустые глазницы ночных домов зловеще темнели, а каждый шорох был подобен выстрелу пушки, который заставлял бешено колотящееся сердце сбиваться с его сумасшедшего ритма для небольших остановок. Ветер шептал путникам предупреждение об опасности, подстерегавшей их в большом заброшенном здание, но юноша только сильнее запахнул вороти легкой летней куртки и уверенным, но осторожным шагом подошел к углу дома, стоящего напротив динамитной мастерской.
- Что-то не так, - прошептал Сиэль. – Себастьян, ты чувствуешь чьё-нибудь присутствие в здание?
- Нет, - после секундной паузы ответил слуга.
- Может мы ошиблись? – осторожно спросил демон хозяина, который внимательно осматривал внешний фасад здания.
- Вряд ли, если только неправильно посчитали дни, - не отрывая взгляда от заколоченной двери, отвечал Сиэль, - но в месте я уверен.
Фантомхайв замолчал, что-то про себя посчитал и обратился к демону.
- Себастьян, нам надо незаметно попасть во внутрь, в главный цех, рядом со складскими помещениями.
- Слушаюсь, - дворецкий поклонился и, подхватив юношу на руки, в мгновение ока оказался внутри здания, воспользовавшись выбитым окном на втором этаже вместо двери, еще несколько секунд, и они оказались в нужном месте.
Главный цех встретил гостей звенящей тишиной. Владелец разорился не так давно, и еще не успел вывести оборудование и уже готовый товар со складов, но, вопреки ожиданиям, в просторном помещении было практически пусто, только у дальней стены виднелась большая гора, созданная из всего того, что когда-то занимало всю комнату.
- «Расчищали место значит», - пришло в голову юноше, который уже успел принять вертикальное положение и теперь старательно вглядывался во тьму, пытаясь понять, что происходит. Взгляд сам собой переместился в центр помещения, что-то поблескивало на полу.
- Мы опоздали, - подтвердил опасения графа мягкий голос слуги.
- Себастьян, - тихо позвал дворецкого Сиэль, - более нет смысла скрывать наше присутствие, зажги свет.
Демон бегло осмотрел помещение, и стоило его взгляду задержаться на свечах в специальных светильниках, как они загорались мягким огнем, постепенно наполняя цех светом, который бесцеремонно прогнал мрак. Когда со светом было покончено, Фантомхайв смог рассмотреть заинтересовавшие его в темноте следы на полу, – это была кровь. Пентаграмма, старательно выведенная алой жидкостью, была в точности как предыдущая. Свечи, волосы и тело юноши с темным ожогом. Все было так же, как и в церкви, только зловонии разлагающегося трупа не хватало.
- Его убили сегодня, - неожиданно произнес Сиэль, подходя к телу. – Внешние признаки окоченения видно спустя уже 2-4 часа после наступления смерти, а в период до 10-12 часов от момента смерти происходит нарастание трупного окоченения до определенного уровня, который будет держаться неизменным около 12 часов. Судя по всему окоченение находится в процессе нарастания, значит не больше 13 часов, а раз – юноша нагнулся к одной из свечей, - парафин уже застыл, и если учесть температуру, сухость помещения и то, что это не чистый парафин, а смесь из еще нескольких ингредиентов, то значит их потушили более пяти часов назад. Получается, что ритуал прошел от восьми до одиннадцати часов назад.
Себастьян немного удивленно выслушал рассуждение графа, после чего вспомнил, как ещё полгода назад юный Фантомхайв изъявил желание заняться криминалистикой, которая неплохо развивалась на тот момент. Объяснять, чем вызвано такое странное решение, юноша не стал, но дворецкий догадывался, что Сиэль пошел на это только из желания ослабить зависимость от демона, который обычно служил основным источником информации для графа в подобных ситуациях, и, хотя Себастьян знал, что никуда Фантомхайв от него не денется, тот факт, что юноша хоть в чем-то может обойтись без него немного злил верного слугу.
- Самое подходящее время – это полдень, то есть двенадцать часов назад, - задумчиво проговорил дворецкий, бегло осмотрев тело жертвы.
- Чёрт! – Сиэль с силой сжал кулаки, от чего ногти больно впились в ладонь. – Я забыл приказать тебе установить точное время смерти, только день!
Граф отошел от тела и, встав к нему спиной, закрыл глаза. Юноша был безумно зол, и злился он на себя, на свою самоуверенность, на просчет, который он допустил. На краю сознания мелькнуло, что теперь придется ждать следующего жертвоприношения, а оно, по подсчетам Сиэля, должно произойти только через четырнадцать дней.
Злость душила Фантомхайва, он не привык проигрывать, он не имел на это право. Мысли никак не хотели успокаиваться, и только легкий ветерок, нежно коснувшийся его лица, смог немного привести в себя их хозяина.
- «Точно, - подумал Сиэль, - мне надо на свежий воздух, к тому же здесь помещение не проветривается и…» - юношу как будто облили холодной водой. Откуда мог взяться ветер, если все окна и двери плотно закрыты, так как в цеху и на складе должно быть предельно сухо, чтобы не оцирел динамит. Фантомхайв напрягся, попытавшись вспомнить, что ощутил, когда почувствовал ветерок на своем лице. Свежесть, которая наполняет воздух после того, как скосят траву.
- Себастьян!

URL
2011-02-09 в 21:16 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Дворецкий, услышав сталь в голосе хозяина, сразу напрягся. Он понял, что юноша что-то почувствовал, а раз он сделал это раньше демона, то это могло означать только одно – в этой мастерской они были не одни, где-то затаился ангел.
Несколько шагов, и Себастьян уже возле Сиэля, и теперь, непрерывно оглядываясь по сторонам, он оттеснял юношу к ближайшей стене, чтобы было проще его защищать. Граф понял, чего добивается слуга, и поэтому, не задавая лишних вопросов, осторожно начал пятиться до тех пор, пока шершавая поверхность стены не встретилась с напряженной спиной юноши. Справа, в нескольких метрах от него, была приоткрытая дверь, ведущая в соседние складские помещения, но Сиэль знал, что из них нет выхода, потому решил остаться на месте, которое к тому же позволяло видеть весь цех.
Помещение было огромным, с высоким потолком, которым служила крыша двухэтажного здания, возле стен, друг напротив друга, находились две винтовые лестницы с крутыми ступенями, которые позволяли подняться на балкон, который шел по периметру всего цеха, давая возможность зашедшему на него попасть в одну из многочисленных комнат второго этажа, отведенных под кабинет хозяина, бухгалтерию, комнату для гостей, партнеров и клиентов, а так же можно было следить за работой всего цеха, так как вид сверху открывался самый, что ни наесть наилучший.
Поскольку главный цех стараниями сектантов был практически пуст, то логично было предположить, что ангел прячется где-то на балконе второго этажа, куда доходили лишь слабые отголоски света, создавая крылатому гостю отличное убежище. Поэтому взгляды дворецкого и графа были направлены именно верх.
Себастьян отчетливо почувствовал чьё-то присутствие, сила, исходившая от неожиданного гостя, была уже знакома демону, он уже сталкивался с ней в ту злополучную ночь в Ист-Энде. Плавное движение, и в руках дворецкого заблестели серебряные ножи.
- Слева, - чуть слышно раздалось за спиной Себастьяна. Сиэль уловил на себе взгляд ангела и смог вычислить, где находится его обладатель, о чём сразу же сообщил слуге.
Дворецкий перевел взгляд в указанном направлении и увидел его. В темноте лицо было не разглядеть, да и зачем, сейчас было важнее защитить хозяина и уничтожить нового врага. Себастьян посылает несколько ножей в противника, которые были мгновенно отбиты с помощью «щита ангела». Один из ножей разбил пару плафонов, и свечи, что были внутри, с глухим стуком упали на пол, но никто не обратил на них никакого внимания – битва была в самом разгаре, хотя походила она больше на игру в кошки-мышки. Ангел не вступал в открытый бой, а просто уклонялся от ножей, которые серебряными стрелами сверкали в воздухе. Все это время он продолжал оставаться в тени, всячески избегая выхода на освещенные участки. И вот, когда запас столовых ножей стал подходить к концу, демон решил сойтись с неизвестным лицом к лицу, и для этого одним прыжком переместился на балкон, прямо на пути у ангела, который остановился в нескольких метрах от дворецкого, продолжая прятать лицо в тени.
Сиэль, наблюдавший за этой странной игрой, никак не мог понять, почему ангел не нападает, а только уворачивается от атак демона, это было подозрительно. Неожиданно из задумчивости его вывело странное потрескивание со стороны складских помещений. Одна из свечей, сбитых ножом, не потухла, упав на пол, а продолжила гореть, и теперь огонь быстро перекинулся на сухой деревянный пол и дверь, под которую и закатилась свеча.
- «Динамит!» - с упавшим сердцем вспомнил Сиэль.
- Себастьян!
Паника в голосе не скрылась ни от демона, ни от ангела, поэтому оба, забыв о существовании друг друга, посмотрели в сторону юноши, который зачарованно наблюдал за полыхающей дверью. Осознание того, что произойдет, когда огонь достигнет первого заряда, заставило дворецкого, позабыв обо всем, кинуться к хозяину, но поздно. Чуткий слух демона уловил, как огонь практически приблизился к своей цели.
- «Не успею», - горько подумал Себастьян.
Доли секунды, казалось, длились вечность. Он видел, как в глазах Сиэля, понявшего, что это конец, сменяя друг друга, промелькнули десятки эмоций, но среди них не было страха, только сожаление, что все кончится вот так. На краю сознания дворецкий ощутил, что огонь уже добрался до динамита, а он уже не успеет, и поэтому только беспомощно продолжал смотреть на юного Фантомхайва, который прикрыл глаза и, гордо выпрямившись, замер в ожидании смерти.
- Нет! – прокричал, а может, прошептал демон и, не в силах наблюдать за этим, сам закрыл глаза. Что-то мягкое прошелестело рядом, но он не обратил на это никакого внимания, теперь ему было все равно.
Оглушительный взрыв, и мощная волна отшвырнула Себастьяна на несколько сот метров. Он слышал, как рушатся стены и стекла одно за другим, издав предсмертный крик, бьются на тысячи осколков, как тяжелое оборудование разлетается в разные стороны, будто воздушные шарики и как, проревев нечто нечеловеческое, упала крыша, похоронив под собой кого-то очень дорогого,…и наступила тишина. Она была такой всеобъемлющей и непроницаемой, что, казалось, ничего не произошло, а обломки здания, из-под которых с трудом выбирался сейчас демон, - просто мусор, оставленный кем-то по середине улицы.
- «Погиб», - пронеслось в голове дворецкого, так и застывшего посреди руин на коленях. Взгляд потухших глаз уперся в ладонь левой руки, перчатку с которой разорвала в клочья ударная волна. Печать контракта все еще оставалась на месте и даже не думала исчезать, а значит.…Себастьян поднял голову и посмотрел на то место, где он видел Сиэля в последний раз, там виднелся небольшой купол из белоснежных перьев.
- Юный господин, - чуть слышно проговорил дворецкий, поднимаясь с колен и делая неуверенный шаг в сторону прекрасного видения.

Сиэлю было не в первой умирать, он уже не раз чувствовал дыхание смерти на своем лице, ощущал её длань на своем сердце и слышал её сладкий шепот, манящий во тьму. В момент, когда он понял, что Себастьян не сможет сдержать своего обещания защитить его, граф не стал паниковать, а просто решил встретить смерть с высоко поднятой головой. Но решимость подвела его в самый последний момент, и он позволил себе закрыть глаза. В тоже мгновение он почувствовал, как кто-то прижимает его к своей груди, и потом раздался взрыв. Почему-то звук получился глухим, как если бы юношу отделяла от всего толща воды. Взрывная волна также не задела Фантомхайва, не говоря уже об обломках здания, он остался невредим, и только сильные руки, сжимавшие его тело, и чья-то грудь, к которой была прижата голова юноши, напоминали Фантомхайву о реальности, в которой ему посчастливилось остаться. К моменту, когда наступила тишина, Сиэль понял, что его спаситель – не Себастьян. Стоявший рядом излучал какую-то странную приятную прохладу, в то время как демон, подобно пушистому коту, всегда излучал тепло, которого могло хватить, чтобы согреться даже в самый холодный зимний вечер, просто прижавшись к этому источнику тепла. Граф тихонько пошевелился, и, вопреки ожиданиям, руки, державшие его, мгновенно исчезли, а крылья, которые плотным занавесом окружали юношу, разомкнулись, позволяя ему отойти.
- Юный господин! – донесся до Фантомхайва взволнованный голос дворецкого.
- «Он жив!» - с облегчением подумал демон.
Сиэль тоже обрадовался, когда понял, что Себастьян жив, но не смог оторвать взгляд от ангела, который постепенно прятал крылья за своей спиной. Горящие обломки давали достаточно света, чтобы можно было рассмотреть лицо, и юноша мгновенно узнал его обладателя.
- Эбберлайн?!

URL
2011-02-11 в 14:12 

MeramedA
...мы идём оставляя следы - колею в ни куда не откуда...
Автору большущий "респект" за такую интересную историю...
С нетерпением буду ждать проду)))
И очень надеюсь ,что Вы её не забросите!

2011-02-11 в 14:18 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
MeramedA
Спасибо, рада, что вам понравилось)
обожаю бабочек)
Не брошу, это точно! Как только с курсовой разберусь, так и сяду вплотную, ведь так много задумано на следующие главы) упс! болтунья

URL
2011-02-16 в 16:23 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Классно.. просто потрясающе.

2011-02-16 в 18:25 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш
Спасибо, мне особенно приятно слышать это от тебя :dance2:
читать дальше

URL
2011-02-16 в 19:15 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
minerva13
Эй, я не вредная... и не слишком сладкая

2011-02-16 в 20:02 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш
Эй, я не вредная... и не слишком сладкая ну уж нет, фики твои как конфеты, которые хочется есть и есть, есть и есть :tort:

URL
2011-02-16 в 20:09 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Но они без сахарных соплей, мне казалось...

2011-02-16 в 21:50 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
о, это точно, особенно если вспомнить немного времени для слёз)
я просто имела в виду, что для меня, как для той еще сластёны, они как конфеты - радость одним словом))

URL
2011-02-16 в 22:10 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
minerva13
Благодарю.

2011-02-16 в 22:12 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш
Это тебе спасибо)

URL
2011-07-19 в 19:50 

MeramedA
...мы идём оставляя следы - колею в ни куда не откуда...
Ах! А Когда же прода?
Давно ничего не боло(((

2011-07-20 в 22:52 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
MeramedA прода есть, но по странному стечению обстоятельств тетрадь с текстом осталась в другом городе, поэтому только в сентябре смогу перепечататьи и выложить((( попродую востановить раньше и если ничего не забуду, то выложу как только смогу...
простите :bricks:
читать дальше

URL
2011-09-28 в 07:23 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
minerva13, а сентябрьуже того. кончается... надеюсь, тетрадь не потерялась?

2011-10-03 в 19:32 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш тетрадь только на днях привезли и, прочитав написанное, ужаснулась, перечитала, села переписывать.....сори, задержу((

URL
2011-10-03 в 19:55 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Ждем.

2011-10-03 в 20:07 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш постараюсь оправдать ожидания))

URL
2011-10-03 в 20:26 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Надеюсь, у вас найдется минутка и на мое творчество)

2011-10-06 в 21:09 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш я всё надеюсь на продолжение "Сон на двоих" и "Журавлика", и "Убей меня"..и..ой, я так много хочу, что даже как-то неудобно))) но правда очень хочется..... :shuffle2:

URL
2011-10-06 в 21:10 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Я заканчиваю "Янтраь", что буду писать потом - пока не знаю.

2011-10-06 в 21:58 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш честно говоря пока не читала потому комменты там и отсутствуют, пока, взялась перечитывать по 3му разу "Немного времени для слёз" и каждый раз, как в первый! плачу и радуюсь, смеюсь и печалюсь...всё же это шедевр!

Надеюсь, что это будет что-то из перечисленного мною выше))

URL
2011-10-06 в 22:03 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Сон-то малост ьпродолжался с новым соавтором...

2011-10-06 в 22:12 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш а как же сладкое слово "ещё!!!")) ?

URL
2011-10-06 в 22:20 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
у нового соавтораа ремонт.

2011-10-06 в 22:29 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш :weep2: остаётся только героически ждать...не знаю, есть ли смысл спрашивать про Журавлика, у тебя вроде тогда еще интерес к нему пропал, кажется? но я-то всё равно надеюсь))

URL
2011-10-06 в 23:02 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
minerva13, это Зленку надо спрашивать.

2011-10-06 в 23:45 

minerva13
Для кого-то жизнь - это полосы, а для меня снежный барс - белый и пушистый.
Мэлис Крэш То есть ты не против продолжить?
хм!
Что бы такое сделать, чтобы вы обе согласились?....да...а если я сяду и буду громко плакать, вы согласитесь?)))

URL
2011-10-07 в 06:07 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Я правда не против, но без зленки продолжить не могу.

   

Рутина - как паутина.

главная